Книга Одиночка. Том 6, страница 18 – Дмитрий Лим

Игнатий кивнул, как будто ожидал именно этого вопроса:

— По нескольким причинам, — ответил он, и в его глазах мелькнул тот самый холодный, расчётливый огонёк, который я начал узнавать. — Первая: официальная. Ты получишь полную реабилитацию. Ты станешь не просто свободен, ты станешь чист. Государство перестанет быть твоим потенциальным оппонентом и станет работодателем. Щедрым. Очень.

Он позволил этому осесть.

— Вторая причина, — продолжил Игнатий, — неофициальная и, полагаю, для вас более весомая. Вы сейчас — одинокий аномальный объект в поле, на которое уже наведены прицелы. А в спецгруппе, под крылом проекта «Ладога»… Вы становитесь ценным активом. Неприкосновенным. Ваши прошлые и будущие проблемы становятся проблемами государства. Мы их решаем. Взамен вы идёте в Разлом.

Логика была железной и циничной. Меня брали в оборот, но предлагали за это броню. Не самую комфортную, но реальную.

— Третья причина — уровень. Мы были в таком разломе дважды. И его прохождение-зачистка, даст то, что нужно.

Пожалуй, третья причина меня как раз и привлекала.

— Третья причина — уровень, — повторил Игнатий, словно подловив мою мысль. — Да, это главный магнит для всех, кого мы рассматриваем. «Высшие Разломы», не просто опаснее. Они… иначе распределяют вознаграждение. Система внутри них работает по неизвестным алгоритмам. Опыт, ресурсы, возможно, даже навыки — всё это может быть качественно другого порядка. Мы проникали в подобный объект дважды. Экспедиции были короткими, с минимальными потерями, но даже то, что участники получили на выходе, сделало их заметными фигурами. Взять того же Валлека.

— Кто в группе? — спросил я. — Если все такие уникальные и непредсказуемые, должно быть интересное собрание.

Игнатий Сергеевич сделал паузу, собираясь с мыслями, словно перебирая кандидатов в уме.

— Команда формируется под конкретную задачу, — начал он методично. — Пока, только ты и Валлек.

— И всё?

— Нет не всё, — грубо ответил Игнатий. — Нам стало известно о появление разлома только вчера.

— И это всё? — я не мог удержаться от скептицизма. — Никаких данных о монстрах, о географии, о цели? Неизвестно даже, кто будет в команде…

— Никаких данных, — подтвердил Игнатий, и в его голосе не было ни смущения, ни тревоги. — Только предположения, основанные на аналогии с двумя предыдущими проникновениями.

— Почему они появляются? — спросил я, надеясь хотя бы на гипотезу. — Если обычные Разломы — это, как я думаю, «пробоины» в нашей реальности от соседних, то эти…

— Мы не знаем, — Игнатий повторил, и это начало меня раздражать. — Их возникновение не коррелирует с активностью обычных Разломов, с геомагнитными или энергетическими всплесками. Они появляются как будто случайно, но с увеличивающейся частотой. Моя теория… — он замялся, будто решая, стоит ли делиться.

— Ваша теория? — я поднял бровь. — Вы же сказали, что не знаете.

— Я сказал, что мы не знаем точно. Но я имею предположение, основанное на диалоге с источником, — ответил он, и его глаза стали осторожными, будто он выдавал мне не информацию, а щепотку драгоценного порошка.

— Диалог с источником? — я почуял в этом что-то важное. — С каким источником?

Игнатий Сергеевич усмехнулся, тонко и беззвучно.

— Системой. Я поясню, но без деталей. Мой класс — «Белая Сова». Это не просто боевой, или поддерживающий класс… Это класс знания. Я — глобальная сила, способная получать информацию из… источника систем. Я могу задавать вопросы и получать ответы. Не всегда прямые, не всегда полные, но это единственный прямой канал коммуникации с тем, что принесло Систему в наш мир.