Онлайн книга «Рожденный, чтобы жечь! 2»
|
* * * «Вот это я понимаю, знания! — я сидел в корзине, с восторгом глядя на профессора. — Вот, Боря, где сразу надо было учиться!» Мой тиран не разделял моего мнения. Он смотрел на препода с лицом, словно только что понюхал что-то очень вонючее. По одному взгляду было видно, что он считает всё происходящее вокруг чушью. «Боря, ну ты и дубина! — мысленно возмущался я, активно улыбаясь. — Тут такие перспективы! Демонов научат убивать! А ты сидишь, как бука, и киснешь!» Профессор Зильберман, между тем, вещала о тонкостях демонической иерархии, как о таблице умножения. Видимо, у них тут это вместо алгебры. Антошка строчил, как одержимый, записывая каждый вздох профессора. Боря же, кажется, мечтал о побеге. После демонологии нас ждала алхимия. Боря, казалось, уже смирился со своей участью и просто тупо смотрел в окно. А зря! Профессор, этакий безумный профессор из кино, с копной седых волос и горящими глазами, сразу же начал с главного: — Сегодня мы будем пытаться превратить песок в свинец! Боря даже вздрогнул. «Магия алхимии!» — я чуть не захлопал в ладоши, но вовремя вспомнил, что младенцы так не делают. Профессор носился по аудитории, размахивая колбами и ретортами, словно дирижер оркестром. Запах стоял такой, что у меня заслезились глаза. Боря закашлялся. — Ну и вонь! — ворчал он. — Лучше бы пиво варили. «Эх, Боря, Боря, — вздыхал я. — Не понимаешь ты высокого искусства!» Кульминацией занятия стал взрыв. Небольшой, правда, но все же. Профессор, весь в копоти, с гордостью заявил, что почти получилось. Аудитория зааплодировала. Боря, обхватив голову руками, пробормотал: — Куда я попал? Я же, наоборот, был в восторге. «Боря, это же суперприз! Тут тебе и демоны, и золото, и взрывы! — ликовал я. — Не жизнь, а сказка!» Тиран, однако, продолжал хмуриться. После взрыва профессор Зильберман, отряхнув с мантии остатки сажи, перешла к практике. Каждому выдали по колбе, склянке и горстке песка. Боря, получив свой набор, посмотрел на него с таким видом, словно ему вручили дохлую крысу. — И что с этим делать? — буркнул он, тыкая пальцем в песок. Я радостно загукал, ожидая, что тиран, наконец, поверит в «силу магии». Боря фыркнул и нехотя начал пересыпать песок в колбу. Я наблюдал за ним с плохо скрываемым энтузиазмом, пытаясь ухватить хоть какие-то зачатки алхимического мастерства. Профессор ходила между столами, давая указания и поправляя ошибки. Подойдя к Боре, она заглянула в его колбу и покачала головой. — Борис, что это у вас такое? Где рвение? Где искра божья? Боря пожал плечами. — В заднице… где и всё остальное. Профессор, кажется, не услышала. Она взяла его колбу и, добавив туда какой-то порошок, демонстративно взболтнула. — Вот так! А теперь грейте! Боря, вздохнув, поставил колбу на горелку. Прошло несколько минут, прежде чем из колбы повалил густой зеленый дым. — Кажется, что-то пошло не так, — заметил Боря, закашливаясь. Профессор подбежала, замахала руками и заорала: — Выключите! Немедленно! Боря, не дожидаясь повторения, выдернул колбу из-под огня. Дым рассеялся, оставив после себя стойкий запах серы. В колбе плескалась мутная зеленая жижа. — И это должно было превратиться в свинец? — скептически спросил Боря. Профессор лишь отмахнулась и переключилась на Антошку, у которого процесс шел, кажется, более успешно. Боря же, воспользовавшись моментом, тихонько вылил свою зеленую гадость в раковину и принялся разглядывать трещины на столе. Я, наблюдая за его безразличием, мысленно стенал: |