Книга Рожденный, чтобы жечь! 2, страница 86 – Дмитрий Лим, А. Никл

— Зло всегда приходило к нам с теми, кто не мог противостоять, — произнёс он, голос его дрогнул от собственных мыслей. — Мы изучали древние тексты, пытались запечатать те душевные разломы, что оставляли одержимых… Но как Борис управляет этим процессом? Это не разгорание обрядов, а чистая физическая борьба, почти звериная, — и всё же — успешная.

— Не зная цены этого «успеха», — произнёс кто-то из глубины круга, голос его был низок и глух, — можем ли мы назвать подобное нормой? Это что-то нечеловеческое, противоестественное. Что если Борис уже переступил ту грань, где начинает владеть тем, кого судит?

Внезапно в воздухе пронёсся едва уловимый стон — словно эхо далёких страданий или порыв невидимых духов. Собравшиеся замерли, будто почувствовали присутствие чего-то, кто слушал их рассуждения.

— Мы можем понять страх, обременяющий их сердца, — произнёс один из местных, — но нельзя осторожничать в борьбе со злом. Если Борис сражается таким образом, возможно, это единственный путь. Возможно, самые тёмные законы мира требуют самого тёмного оружия.

— А какова плата? — спросил кто-то. — Какова цена для Бориса? Он пользуется силами демонов?

Тишина воцарилась в зале, казалось, даже потрескивание камина затихло, уступив место гнетущему предчувствию. Каждый в глубине души понимал, что вопрос о цене — самый важный. Цена, которую платит каждый, кто вступает в схватку с тьмой, — это частица себя, навсегда утраченная в пучине борьбы. И если Борис использует силы, природу которых они не понимают, то и плата может быть непомерной.

Старик, первым заговоривший о Клеменко, поднял руку, призывая к молчанию.

— У нас есть лишь один способ узнать наверняка, — проговорил он, глядя на собравшихся. — Мы должны понаблюдать за ним вблизи. Не из тени, как делали это до сих пор, а лицом к лицу. Понять, что движет им, что питает его силу. И только тогда мы сможем решить, представляет ли он угрозу или является нашим единственным спасением.

В зале послышались сдержанные вздохи согласия. Никто не осмеливался возразить. Все понимали, что это рискованное предприятие, но отступать было нельзя. Слишком многое стояло на кону. Слишком велика была вероятность того, что Борис Клеменко — не просто человек, а предвестник чего-то неизмеримо большего, чем они могли себе представить.

— Тогда решено, — подвёл итог старик, вновь надвинув капюшон на лицо. — Артемий, ты отправишься к Борису Клеменко. Узнай о нем всё, что сможешь. Но помни: не доверяй никому. И будь готов к тому, что истина может оказаться страшнее твоих самых мрачных кошмаров.

* * *

Маргаритушка окинула Борю оценивающим взглядом. В ее глазах мелькнула искорка лукавства.

— Стать магом, говоришь? Дело это небыстрое, требующее упорства, самоотречения и, конечно же… — она сделала паузу, — … финансовых вложений. Ведь духовные знания не должны обесцениваться!

Боря фыркнул.

— Ага, то есть опять развод на деньги? Типично. А я уж было подумал, что тут действительно что-то интересное происходит.

— Ну что ты так сразу, — обиделась Маргаритушка. — Мы же предлагаем не просто какие-то там курсы. У нас индивидуальный подход! Посвящение в тайны, практики, разработанные на основе древних знаний… А этот, — она кивнула на мужчину в мешке, — вообще потомственный шаман!