Книга Диверсант. Том 2, страница 83 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Нет, — огрызнулся я. — Помогите встать.

Зыков и Сидоров подняли меня на ноги. Земля качалась под ногами, как палуба корабля в шторм. Ноги стали ватными, колени подгибались, но я устоял. Командир не имеет права болеть. Командир не имеет права умирать. Пока его люди идут за ним, он обязан вести их.

Мы вышли на поляну. Тела немцев лежали в неестественных позах среди воронок и обломков. Некоторые обгорели так, что невозможно было узнать в них людей.

— Фрол, — позвал я сапёра, мотая головой в разные стороны. — Глянь, что там с машиной.

— С какой?

Я повернулся к старику, молча поднял руку и указал на «Кюбельваген», стоявший в тени, под лапником у офицерской палатки. С канавы его было не разглядеть, вот я его раньше и не считал. Фрол обошёл машину кругом, осмотрел колёса, днище, заглянул в моторный отсек.

— Чисто, командир, — доложил он, выпрямляясь. — И бак полный, судя по стрелке. Только вот ключи…

Ключи… я подошёл к тому, что осталось от палатки Юргенса. А там было только тело на кровати, да стол. Всё остальное в какой-то момент просто сорвало. Посмотрел на этого выродка в нательном белье, всего в крови, и хмыкнул.

Блин, а где они?

Скинул с плеча вещмешок и ещё раз всё перерыл именно в форме. Ключей не было.

— Обыщите убитых.

Ключ вскоре нашёлся. Он был в кармане у того часового, который ходил проверять лейтенанта. Так что я нашёл связку ключей на металлическом кольце со свастикой. Бросил их Зыкову.

— Заводи.

Зыков сел за руль, вставил ключ, повернул. Стартер натужно завыл, двигатель чихнул, рыкнул и ровно заурчал. Звук работающего мотора показался мне лучшим звуком за этот длинный, бесконечный день.

— Работает, — Зыков посмотрел на меня. — Значит, судьба.

Я подошёл к машине и прислонился к борту. Сил держаться на ногах больше не было. Голова раскалывалась от боли, перед глазами всё плыло, но план уже складывался в голове, чёткий, как чертёж.

— Добить раненых, всех до единого. Тела… да смысла прятать даже нет. И так наследили. Оба пулемёта — в машину, короба и ленты, что уцелели, тоже. Такое добро не бросают. Забираем патроны, пайки, оружие — и уходим, — приказал я. — Потом будем решать, что делать дальше.

С телами справились достаточно быстро. В одной из уцелевших палаток нашёлся ящик с консервами. А также чистая форма. Оба MG уложили первыми — они теперь стоили дороже всего остального. После мы загрузили «Кюбельваген» остальной добычей, попортили колёса остальной технике да отъехали все дружно чуть вглубь леса, подальше от поляны, под сень старых елей. Остановились на небольшой прогалине. Я сел на подножку «Кюбельвагена», остальные расположились вокруг.

Я развернул карту на колене, подсветив себя фонариком.

— Смотрите, — я ткнул пальцем в карту. — Вот мы. Их бивак здесь. Высота сто двенадцать. А вот здесь, в сорока километрах западнее — Гродно. Нам туда нужно.

Сидоров нахмурился, разглядывая карту в тусклом свете фонаря.

— Гродно? Мы же и так бежали оттуда… Да и если учесть, что тут происходит, там явно… немцев просто хоть жопой жуй!

— Мы и не будем прорываться, — ответил я. — Мы проедем, как немцы. У нас есть машина, форма солдат, у меня… в вещмешке свеженькая форма лейтенанта, его документы.

— И⁈ — неожиданно подал голос Зыков. Достаточно громко, словно понимал, что я дальше собираюсь творить.