Книга Диверсант. Том 4, страница 73 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Я не знаю настоящего имени Шварца и ни разу его не видел, — наконец произнёс он.

— Врёшь.

— Я знаю о нём то, что слышал. Не больше.

— Рот, — я выпрямился. — Ты курировал лесничество, приезжал на пост, допрашивал Язэпа, водил патрули по болоту. И ты хочешь сказать, что не знаешь человека, который руководит всем этим сектором?

— Шварц появился после меня, — Рот прижал затылок к стволу. — Когда я занимался лесничеством, его не было. Его прислали позже. Я знаю, чем он руководит, но лично с ним не встречался.

— Но ты знаешь, где он сидит.

— Нет.

— Рот, — я присел снова. — Ты знаешь. Ты — особый уполномоченный. Ты работал в этом секторе. Ты знал каждый пост, каждую линию, каждый маршрут. И ты хочешь, чтобы я поверил, что ты не знаешь, где находится комендатура?

— Потому что я знаю, где находится комендатура, а вот где сейчас Шварц — понятия не имею! Его люди забирают там донесения, но сам он может находиться в другом месте.

— А где он тогда?

— Я уже тебе ответил, — недовольно пробормотал пленный.

«Сучонок… всё ты знаешь, или в курсе, как узнать… я же тебя… ай, ладно!»

— Хорошо, — я встал. — Тогда… на кой-хер ты мне? Ты нихера не знаешь.

— Ни… хера? — он нахмурился, не понимая этого слова. — Что за…

— Нихера — ничего, — я качнул головой. — В общем, ты не знаешь, кто мой враг, не знаешь, где он находится, тогда — ты бесполезный. Зачем мне возиться с пленным, который ничего не может мне дать?

— Потому что я — единственный, кто может провести тебя в Гродно без жертв и стрельбы! — прошипел он. — Как же ты этого не понимаешь?

— Если не знаешь, где искать Шварца, — какой от тебя толк? Я и сам могу… проскочить в город. Найду как.

— Я знаю город, — продолжил шипеть он. — Знаю улицы, знаю, где стоят патрули, где посты, где казармы. Комендатуру найдём без проблем!

— А Шварц?

— Шварца найдём в комендатуре. Если он там.

— Ты только что сказал, что не знаешь, где он.

— Не знаю, — Рот дёрнул здоровым плечом. — Но его люди и бумаги проходят через комендатуру. Начинать нужно там.

Я молчал и смотрел на него. Он торговался. Каждой фразой, каждым «не знаю» торговался. Продаёт правду кусками, перемежая её с ложью, и каждая порция правды стоит дороже предыдущей. Так работают все пленники. Но Рот работал тоньше других.

— Рот, — я наклонился к нему. — Я не буду с тобой торговаться. Время не на твоей стороне. Не на моей — тоже. Но в первую очередь не на твоей.

— Угрожаешь?

— Нет. Объясняю. Ты — пленный. Раненый. Связанный. Твоё запястье гниёт, и через три дня ты потеряешь руку. Через неделю умрёшь от заражения. Единственная, кто может сохранить тебе жизнь, — Даша. Но сейчас она занята Алёхой. Чем дольше ты торгуешься, тем позже она доберётся до твоей руки.

Рот молчал. Лицо не изменилось, но я видел — он просчитал: время, шансы, вероятность и не нашёл выхода.

— Я скажу, что знаю, — наконец произнёс он. — Но без угроз.

— Угроз не будет. Будут факты. Первый: ты знаешь, где находится комендатура. Второй: знаешь, сколько в ней людей. Третий: знаешь, как донесения по болотам попадают к Шварцу. Выложишь всё сразу — Даша займётся рукой, как только освободится. Оставишь ещё один кусок для нового торга — потеряешь время, которого у тебя и так мало.

— Ты не оставишь меня без помощи, — Рот покосился в сторону навеса. — Я нужен тебе живым.