Книга Гангстер вольного города 1, страница 48 – Дмитрий Парсиев, Дмитрий Лим

— Составите расписку?

— Именно.

* * *

Каждый шаг адвоката я видел почти собственными глазами. Слышал каждое слово. И сказанное полковнику тоже. Выражение лица Яковлева стало вишенкой на торте. Адвокат… просто размотал его, причём сделал это красиво.

— Кто такой? Чего надо? — недовольно буркнул полковник.

Адвокат усмехнулся, невозмутимо зашёл, прикрыл дверь и без приглашения плюхнулся на стул напротив него.

— Моё благородие Адвокат Филинов, знаешь такого? Ты, мил человек, почто Владимира Алексеевича Шамана арестовал? — улыбаясь, спросил адвокат.

— Ой, целый адвокат, держите меня семеро. Не будешь ты меня пугать своими статейками из закона пугать. Иди в коридор пиши жалобу, а я, быть может, соизволю её утром рассмотреть, — брезгливо поднял губу офицер.

— Чё, погоны жмут, полкаш?

Яковлев смутился на секунду, затем, правда, перешел в нападение, но он уже проиграл только тем, что замолк. Адвоката, между тем, было просто невозможно заткнуть. Он просто давил на него фактами, то и дело, делая акцент на «полицейском»

— … и гражданина, русского, местного, ранее не судимого, на которого разбойно напали в его собственном жилище два цыгана, один из которых в переполохе прихлопнул другого. И теперь, вместо того чтобы искать убийцы вы, бездарная шайка головорезов, по ошибке получивших полицейские жетоны, бросили в каталажку жертву покушения, который сам вызвал полицию.

— Брехня! — смело заявил Яковлев.

Но, адвокат думал иначе. Не реагируя на слова полицейского, он просто взял секундную паузу и продолжил дальше.

— И когда мы утром дружной толпой, приедем в суд, ты косноязычно попытаешься рассказать свою невнятную версию событий о том, что ветеран якобы поймал на улице цыгана, затащил его на шторе как паук, потом держал, одновременно выстрелил в свою сторону с трех метров, видимо по твоей фантазии у него руки такие длинные. После чего вызвал полицию, а пистолет скушал, судя по тому, что вы его не нашли, верно? И какова вероятность что суд поверит в эту сказку бабушки Патефоновны?

Самодовольная улыбка постепенно сползала с лица офицера, сменившись на тревожное выражение. Он попытался ответить, но увы. Он проиграл.

— И прямо утром, в зале суда, моего подопечного отпустят, но это не будет конец истории, о нет, это только начало. Там, в моем офисе есть тарифы.

— Тарифы? Какие-такие тарифы?

— Тарифы моих услуг, которые соответствуют рекомендациям адвокатской палаты. Сорок рублей за час занятости. А сколько пройдёт часов до момента, когда гражданина хорошего отпустят? Вот и считай, на листочке, в столбик. И сразу после суда он мне эту сумма заплатит под квитанцию, а потом я вспомню что есть статья шестнадцать нашего гражданского уложения, по которой убытки причиненные республиканскими, в том числе охранными органами подлежат возмещению независимо от вины.

— Но… но… — начал заикаться Яковлев.

— И я обращу требование, но не к тебе, о нет. К твоему управлению. И когда казначейство твоего управления заплатит мне сто рублей или триста… оно захочет узнать, ну просто любопытно станет ему, а кто тот доблестный офицер, из-за которого они расходуют свою скудную казну на адвокатов? И они тебя, голубчик, на лоскуты порвут. А когда остынут, то вычтут всю эту сумму до копейки, из твоей незаслуженной зарплаты. И когда ты жене не принесёшь получку, то второй раз тебя на лоскуты порвёт уже твоя благоверная, в том числе потому, что она мало поверит в эту байку про ветерана и адвоката, а поскольку она женщина, то быстрее поверит в то что ты эти деньги потратил на блудных баб.