Книга Гангстер вольного города 1, страница 60 – Дмитрий Парсиев, Дмитрий Лим

Мужчина нахмурился. Зацокал, что-то пробормотал, мол, все его знают, и выдал:

— Рудик Бакинский. Ведущий человек города!

Представился он, гордо выпятив грудь и ударив кулаком по столу.

— Меня все знают и все уважают!

В этом я, конечно же, не сомневался. Понятное дело, что Рудик где-то привирал и приписывал себе излишнюю значимость… Но и после сказанного, и после его гордого «жеста» появилось ощущение, что я на приёме у политика. Собственно, об этом я ему Бакинскому и сказал:

— А вы не политик случайно?

От такого вопроса глаза Рудика готовы были вылезти из орбит. Пришлось его чуть успокоить:

— Нет, просто вы так выразительно представились. На бандита или мафиози как-то не похоже.

Высказывание моё слегка ударило по самомнению дона, и это, несомненно, пошло мне на пользу. Он увидел, что я его не боюсь. А это многого стоило.

— Политика — это бизнес, Володя. Я никогда не считал себя бандитом или политиком, но бизнесменом — всегда.

— Ну, раз вы бизнесмен… — я повернулся назад, чтобы кивнуть охраннику. — Милейший, развяжите руки. Так дела не ведут!

Невысокий бандит, дождавшись кивка Рудика, исполнил мою просьбу, и я продолжил:

— Вы ведь должны понимать, что работать себе в убыток я точно не буду. А ваше предложение — грабёж чистой воды.

— Выгоднее тебе никто и не предложит, — как ни в чём не бывало парировал «бизнесмен».

Я лишь улыбнулся в ответ и попросил всё того же громилу, стоящего за моей спиной, как ангел-хранитель, вернуть мою сумку. И уже после, когда драгоценный предмет оказался в руках, расстегнул пуговицы и покопался в его закромах.

Так на стол гения-миллиардера-мецената, лёг маленький сиреневый кристалл. В золотой обстановке кабинета макр выглядел несколько убого. Но только на первый взгляд.

Рот Рудика чуть приоткрылся от удивления, когда я, крайне довольный собой, заговорил:

— Как вы понимаете, меня не устраивают подобные условия. Тем более что макры, которые вам попытались перепродать сестры Скарабейниковы, были честно украдены у военных на границе со степняками. Ценность их в разы меньше, чем ценность вот этого.

— Восемьдесят тебе! — забормотал Бакинский. — Двадцать мне! Сколько достать сможешь⁈

— Девяносто, — парировал я, — и не меньше.

По лицу армянина было понятно, что он согласился бы и на меньший процент. Но от того, как пристально его глаза вцепились в эту кроху, я искренне засомневался, что макры, которые хранил бывший владелец моего тела, будет так уж легко достать.

Тем более что я и не знал, откуда они у него взялись. Впрочем, запас у меня был. Большой запас. Так что… экспериментируем дальше.

— За сколько можно продать такой макр?

— Дорого… — закашлявшись, забормотал армянин. — Очень дорого!

На моем лице появилась очень нехорошая улыбка. Эти самые макры, найденные в загашники бывшего владельца тела, станут… ну, так скажем, твердой монетой среди подобных этому… Рудику.

— Когда я получу деньги за этот… изумруд! — «Дон мафии», покрутил камушек в руках, словно это была его «прелесть». — Я свяжусь с тобой!

Ответом был лишь короткий кивок с моей стороны.

* * *

Монеткина уехала вместе со мной. Причём ещё и при деньгах, за неудобства. Но самое занимательное было в другом: благодаря Рудику я больше не находился под властью этой злосчастной семейки.