Книга Юрист с Рублёвки. Том 1, страница 24 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Я понимал, что моего профессионализма в этом деле недостаточно. Здесь, в Бутове, в мире малых сумм и больших обид нужно было говорить на языке, понятном Сергею и Андрею. Языке денег, гарантий и страха потерять свой дом.

Я разложил курицу с картошкой на тарелку и заварил чай. К слову, это был мой первый нормальный ужин в новом теле. Но были и минусы. Ностальгии я не испытал, ибо еда казалась безвкусной.

Когда я доедал картофель, в дверь постучали. Отложив ужин, я вышел в коридор и открыл дверь. На пороге стояла какая-то бабушка в домашнем платье в горошек. Кто она, я не знал, но память услужливо дала образ…

Я, точнее Лёша, каждый месяц встречал её на пороге своей квартиры. Иногда даже возле подъезда. Эту бабушку звали Зинаида Павловна Терентьева. Она была моей соседкой с первого этажа.

И каждая наша встреча была простой. Точнее, причина была простой: квитанции за ЖКХ.

— Лёшенька, — затараторила она, не дожидаясь приглашения, — смотри, что они пишут! Я отказываюсь платить! У нас в подъезде месяцами не убирают, а они мне выставляют по полной! И опять реквизиты другие!

Я взял две бумажки: за прошлый месяц и за этот. Беглого взгляда по строчкам хватило, чтобы мои брови поползли вверх. Реквизиты управляющей компании действительно были другими, но это ладно… проблема была в другом!

В графе «Содержание жилья» была сумма, вдвое превышающая сумму за прошлый месяц. Плюс ко всему появилась новая строка: «Дополнительные услуги по уборке мест общего пользования».

— Зинаида…

— Павловна!

— Зинаида Павловна, — сказал я, возвращая квитанцию, — да, вы правы, сумму завысили. Думаю, я смогу вам… и всем нам помочь.

— А что ты можешь? — она прищурилась.

— Я юрист. Так что принесите мне все прежние квитанции за последний год и договор с управляющей компанией, если он у вас есть. На выходных разберусь.

Она кивнула, сунула мне квитанцию обратно и ушла, бормоча что-то про «совсем оборзели».

Я вернулся на кухню, допил чай и потянулся к телефону. Экран подсветился, показав два непрочитанных сообщения.

Первое было от Андрея: «Разговаривать не о чем. Завтра продаю».

Второе — от неизвестного номера. Текст был коротким: «Лёша, ты живой?»

Я смотрел на эти слова несколько секунд, и память тела вновь включилась.

В голове промелькнули воспоминания Лёши Смирнова, обрывки его прошлого. Этот номер принадлежал его матери, которая когда-то оставила его, уехав в другой город с новым мужем, и с тех пор появлялась в его жизни только в виде редких поздравительных СМС. А теперь она спрашивала, жив ли он.

Я положил телефон на стол экраном вниз. Сейчас мне было не до воспоминаний.

Завтра в одиннадцать утра Андрей продаст долю постороннему покупателю. У меня оставалось меньше семнадцати часов. Я должен был найти способ остановить эту сделку, и я его найду.

Артур Альбертович Громов не проигрывал корпоративные войны! Алексей Смирнов не проиграет войну за квартиру в панельной девятиэтажке!

Я открыл блокнот и написал:

«Андрей. Покупатель даёт 1,9 млн. Завтра 11:00. Наше предложение — 1,95 млн. Первый взнос — 300 тысяч. Остаток — за три года. Залог — однокомнатная квартира. Утром отправить условия. Опоздать нельзя».

Утро среды началось с того, что я проснулся за минуту до будильника. Привычка Артура Альбертовича, выработанная годами корпоративных войн, работала, на удивление, безупречно, даже несмотря на то, что я находился в другом теле.