Онлайн книга «Юрист с Рублёвки. Том 2»
|
Я смотрел на эти гвоздики, и моё горло перехватило… а я ведь сам подбивал рамы для своих первых, по-настоящему ценных для меня вещей. Я забивал гвозди именно так — под сорок пять градусов, по одной простой причине… чтобы кое-что там спрятать… Глава 6 Я смотрел на эту картину и понимал: это не просто удача… это что-то волшебное, не иначе! И тут я вспомнил. Десять империалов. Я спрятал их здесь в начале нулевых — и совершенно забыл. Если, конечно, за прошедшие годы задник никто не снимал. Я положил картину на стол и поплёлся к ящику с инструментами. Достал оттуда отвёртку, пассатижи и… замер. «Нет…» Надо было сделать всё красиво и правильно. Нельзя торопиться. И тому была причина… Если я сейчас просто вырву картонку, сломав гвозди, то уничтожу часть упаковки. Любой эксперт увидит следы грубого вскрытия. А если внутри лежит что-то, представляющее не только сентиментальную, но и материальную ценность, мне придётся объяснять происхождение этих вещей. Если империалы по-прежнему лежали в раме, а я просто пошёл бы к дилеру, меня могли обвинить в сокрытии находки. Особенно если моя бывшая жена узнала о тайнике и подняла бы шум после появления монет на рынке. Один необдуманный шаг — и вместо расследования собственной гибели мне пришлось бы объясняться в кабинете следователя, почему районный юрист с просрочками по микрозаймам вдруг начал тратить «сказочные суммы» покойного Громова. Поспать у меня не получилось. Я долго искал в сети похожие случаи, проверял, кому теперь юридически могли принадлежать спрятанные монеты, и к утру принял решение. Ровно в восемь ноль-ноль я набрал номер Льва Аркадьевича Рубина. Я надеялся, что в это время Рубин не спал… и удача вновь улыбнулась мне! — Алло? — голос Рубина был бодрым. — Это кто⁈ — Алексей Смирнов, — подавив зевок, ответил я. — Кто… — только было ответил он, как на фоне слышался звонок посуды и женский голос, видимо, он завтракал. — Маша, я же говорил… Затем наступила тишина: видимо, мой собеседник отключил микрофон. Через полминуты он ответил: — Что случилось? — Лев Аркадьевич, прошу простить меня за столь ранний звонок, у меня… будет к вам нестандартная просьба. — Какая? — Вы входите в попечительский совет фонда и хорошо знаете людей в «Ауруме». Мне нужно организовать вскрытие лота в присутствии представителя аукционного дома и профильного реставратора. — Хм… зачем⁈ — Без них я не могу тронуть задник картины. Мне правда очень нужна ваша помощь. Рубин помолчал. Я слышал, как он отложил что-то — наверное, чашку. — Лот… а, я понял, та картина, за которую вы заплатили сто тысяч? — Да. Чуть больше, если честно… — Вы нашли что-то в картине? — оживился Рубин. — Драгоценности? Вы же… вскрыли⁈ — Я картину не вскрывал. Но знаю, что должно быть внутри. — И что же? — Десять золотых империалов. Если, конечно, их за прошедшие годы никто не забрал. — Не понимаю, почему вы не проверили? — Мне нужен протокол вскрытия. Я хочу обезопасить находку от нежелательных последствий. По ту сторону послышалось сопение. Рубин думал. — Думаете, они всё ещё там? — Надеюсь, — не стал врать. — Вы сможете помочь? — Я свяжусь с «Аурумом». Адрес? Я продиктовал. Рубин, если честно, был шокирован, что ему нужно ехать в Бутово, но не отказал. Через полтора часа Лев Аркадьевич стоял в моей тесной кухне вместе с Андреем Сергеевичем Лобановым, реставратором аукционного дома. |