Книга Идеальный мир для Химеролога 15, страница 102 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Сергей Анатольевич посмотрел на сына, потом на меня. Слова выбирал долго.

На его месте многие уже позвали бы охрану. Я только что на глазах у отца уложил наследника на пол, причём уже после лечения. Но пятнадцать лет во главе северного корпуса зачистки приучили Грызлова к более прямым способам разговора. Сказалось это или он сейчас прежде всего радовался удачному исходу, гадать я мог сколько угодно.

Генерал подошёл к сыну, поднял его и усадил на топчан. Проверил, что сидит ровно, и повернулся ко мне.

— Жёстко ты стелешь, Виктор, — произнёс Грызлов, протягивая мне широкую мозолистую ладонь. — Но по делу. Слово генерала твёрже камня: свою часть сделки я выполню в точности, как обещал. Ровно в девять утра четыре миллиарда рублей уйдут на счета Новиковой. И если когда-нибудь тебе или твоей клинике понадобится любая помощь — от уральской стали до моих орлов с пулемётами — только дай знать через Константина. Должником не останусь.

— Договорились, Сергей Анатольевич. — Я крепко пожал его руку. — Рад был познакомиться.

Наверх генерал повёл сына под локоть. По дороге распорядился доставить в столовую всю парную вырезку из ледника; дежурный по кухне побежал выполнять. В гостиной я забрал со стула куртку, уже просохшую у камина. На крыльце ждал броневик из хозяйского гаража, с водителем и открытой для меня дверцей.

Сергей Анатольевич лично распорядился довезти меня до клиники. Грановский, которому предстояла поездка к четырём ливонцам после операционной, проследил за посадкой, а потом направился к своему ведомственному автомобилю. У каждого на эту ночь нашлись благодарные слушатели.

За калиткой под локоть мне влетело что-то мокрое и рыжее. Кеша сорвался с фонарного столба, проскочил в салон и уселся на подлокотнике.

— Ух, шеф, ну ты там и копоша! — проворчал Кеша, отряхивая перья так, что мелкие брызги полетели на приборную панель водителя. — Я тут все лапы на этих проклятых камерах отсидел, три раза под дождём промок, пока ты там концерты устраивал! Слышь, а у этого генерала в машине семечек или орешков каких для героической авиации не припасено, а?

— Дома получишь двойную порцию кедровых, разведчик, — усмехнулся я, почесав попугая под клювом, и развалился на мягком сиденье.

Водитель закрыл дверцу. Дождь остался за стеклом, машина тронулась по брусчатке к набережной. Я вытянул ноги: за весь вечер, пожалуй, первое занятие, которое пошло мне на пользу без дополнительных условий.

Мимо проезжали освещённые мосты и особняки. Ещё совсем недавно я прикидывал, как устроиться в лаборатории, вправлять вывихи соседским болонкам и жить на этом вполне прилично. Теперь вот генеральский наследник и четыре миллиарда на чужом счету к утру.

Сдаётся мне, если дела пойдут такими темпами и дальше, то очень скоро в этом городе только самый ленивый и глухой не будет знать о моих способностях.

Петербург, Невский проспект

Центральный фармацевтический комплекс рода Новиковых

Плати казначейство хотя бы по полтиннику за каждое слово «катастрофа», «разорение» и «самоубийство» из присылаемых докладных, к обеду у Новиковых набралось бы на новый завод.

Агнесса отбросила очередную папку на край стола, поверх точно такой же пухлой кипы, и потёрла пальцами затылок. Укладка, над которой горничная колдовала в семь утра, к началу десятого уже заметно ослабла. Ещё бы ей держаться, когда графиня то и дело хватается за голову.