Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 1 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Петербург. Адмиралтейский проспект

Главный корпус Первой Государственной Академии Высшей Химерологии

Валерия сидела за партой, подперев кулачком щёку, и недоумевала, глядя на выданный ей типографский бланк.

Какого, спрашивается, лешего она вообще здесь забыла?

Нет, формально в графе регистрации значилось гордое «химеролог». Но если начистоту — чему она училась? Да ничему! Университетские курсы прошли мимо неё. Да, и положа руку на сердце, ей эта премудрость была не нужна, да и неинтересна. Вместо всей этой зауми с интегралами эфирных полей и латинскими классификациями ей хватало простого житейского понимания. Она и без академических формул прекрасно ладила с любой зубастой тварью: знала, за каким ухом почесать, каким тоном прикрикнуть, когда сунуть кусок ливерной колбасы, а когда вовремя спрятаться за спину Виктора.

Она не была химерологом и никого резать не умела. Пересадку внутренностей и перекройку живой плоти охотно оставляла другим. Дара у неё отродясь не водилось — так, слабенькая эмпатическая искорка, которой хватало разве что почувствовать, почему дворовая кошка шипит на забор. Поэтому называть её химерологом мог только законченный оптимист вроде её шефа.

«Ничего, получишь высшее государственное, — передразнила она про себя Виктора. — Бумажка с гербом лишней не бывает… Ага, конечно. Сиди теперь тут, позорься среди надутых столичных умников».

Первым листом в плотной пачке лежал классификационный опросник. По этой стандартной анкете определяли, чем занимается абитуриент. Пунктов шесть, не меньше:

«1. Практикующий специалист полевого профиля (хирургическая модификация, прямое вмешательство, боевой симбиоз)». — «Сразу мимо, я крови до сих пор побаиваюсь, если её больше полстакана».

«2. Теоретик-исследователь (академический расчёт эфирных матриц при дефиците собственного резерва)». — «Смешно. Мой предел расчётов — накладные на дезинфицирующий раствор».

«3. Этнолог-наблюдатель химерических форм (изучение поведенческих реакций, адаптационных механизмов и повадок в естественной среде)».

Валерия задумчиво прикусила кончик казённого карандаша. Вот это уже было ближе. Наблюдать за химерами можно и без особых сил, были бы время да адское терпение. Ещё бы тебя не сожрали в первые пять минут. Но в самом низу страницы нашлась скромная строчка: «Иные основания обращения». А рядом круглая графа: «Производственная необходимость для нужд сертифицированного предприятия».

Лера с облегчением хмыкнула и размашисто влепила туда жирную галочку. Начальник велел получить бумагу? Начальник получит бумагу.

Она перевернула страницу, ожидая увидеть кромешный ад из высшей магии, и тоскливо вздохнула: «Ну всё, приехали. Сейчас опозорюсь на первом же вопросе, Виктор меня до конца жизни подкалывать будет…»

Пробежала глазами первую строчку, затем вторую и пару секунд недоумённо моргала.

«Ой… А я это знаю».

Вопрос касался предельно допустимой концентрации активных алхимических реагентов в плазме боевых химер четвёртого ранга при экстренной стимуляции. Зубодробительная академическая премудрость, с виду. Только месяц назад в «Добрый Доктор» притащили разодранного псевдопса какого-то отставного майора. Криворукий столичный коновал пытался сделать псине двухканальную кровеносную систему — продублировать магистральные артерии вдоль позвоночника, чтобы при ранении сосуды капсулировались, а кровоток переключался на резервный контур.