Книга Идеальный мир для Химеролога 13, страница 39 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Трубка в его руке замолчала, провод на том конце оказался перерезан.

Из разбитого окна один за другим в зал мягко спрыгнули ещё шестеро бойцов.

— И вы туда же⁈ — оскалился барон, вскидывая кулаки, по которым снова заплясали искры. — Ну давайте! Подходи по одному, я вас на куски порву!

Шедший по центру боец вдруг поднял вверх правую ладонь. Двое бойцов по бокам от него мгновенно замерли и отступили на шаг назад, опуская оружие. Незнакомец неторопливо потянулся к застёжкам штурмового шлема, щёлкнули фиксаторы. Он стянул глухую маску, обнажая коротко стриженные седые волосы, глубокий шрам над левой бровью и холодные серые глаза.

— Ну давай, — негромко, с хрипотцой произнёс старик. — Попробуй меня порвать.

Барон Резников оцепенел. Багровое пламя на его кулаках зашипело и мгновенно свернулось, будто ему разом перекрыли весь резерв. Ярость вместе с наработанной годами боевой уверенностью выветрилась из тела за пару ударов сердца. Нижняя челюсть барона мелко задрожала, а в пересохшей глотке застрял даже невнятный хрип.

Напротив стоял герцог Константин Грановский. Тот самый, при одном упоминании имени которого главы Великих Родов бледнели и спешно переписывали завещания. Бывший первый замглавы Канцелярии и признанный палач Империи, лично утопивший в крови не один мятежный клан.

— Н-но… вы… — язык Резникова намертво прилип к нёбу. — Как же… вы же в отставке…

Грановский небрежно сунул шлем стоявшему рядом бойцу и неторопливо пошёл вглубь зала, с хрустом давя битое стекло подошвами ботинок.

— Да, давненько я лично не ходил на штурмы, — задумчиво протянул герцог, разглядывая помятый тренажёр. — Староват стал для таких развлечений, кости к дождю ноют. Но видишь, как получается, барон… Когда над Империей нависает реальная угроза, даже таких глубоких пенсионеров, как я, это стороной не обходит. Приходится вспоминать молодость.

Резников судорожно сглотнул. В его голове со звоном лопнула последняя струна надежды. Сопротивляться Грановскому⁈ Это было всё равно что пытаться остановить руками летящий с обрыва поезд. Если за тобой лично пришёл этот старик — ты уже мёртв. Твой род мёртв. Твоё будущее стёрто из анналов истории.

Колени барона подогнулись, и он тяжело рухнул на резиновое покрытие зала, опустив голову и уставившись в пол невидящим взглядом.

— Гриша! — заверещала из угла Виолетта, вылезая из-за тренажёра. — Ты что делаешь⁈ Встань и убей их! Ты же говорил, что ты сильнейший! Ты обещал, что раскатаешь любого! Защити меня, убей этого старика!

— Заткнись, дура… — прохрипел Резников, не поднимая головы. — Заткнись, ради всего святого…

— Но ты же сам говорил, что всегда готов ко всему! — не унималась баронесса.

— Есть люди, Виолетта, против которых ты никогда не будешь готов, — мёртвым голосом ответил барон. — Просто никогда. Когда к тебе в дом лично приходит самый страшный кошмар Империи… ты ничего не можешь сделать, только сдохнуть.

Грановский, наблюдавший за этой сценой, вдруг тихонько рассмеялся.

— Самый страшный кошмар? — герцог покачал головой. — Знаешь, Резников… а ведь я далеко не самый страшный человек в этой стране. Очень далеко не самый. Но тебе и меня хватит с головой.

Двое штурмовиков подошли сзади, заломили барону руки за спину и намертво защёлкнули на его запястьях тяжёлые рунические браслеты-блокираторы. Виолетту скрутили так же быстро, проигнорировав её визги.