Книга Идеальный мир для Химеролога 12, страница 117 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Всё, — я убрал руку и похлопал пацана по плечу. — Можешь бежать, ты здоров.

Отец, всё ещё всхлипывая, схватил меня за рукав.

— Доктор… вы… что вы сделали? А как же договор? Они же…

— Я забрал у него смерть, которую вам продали за ваши же деньги. Дай мне адрес той богадельни, куда вы собирались везти его сегодня.

Мужик трясущимися руками достал телефон и показал точку на карте.

Узнав всё, что нужно, я выпроводил их из кабинета. Коммерсант долго кланялся, прижимая к себе сына и ту самую лисицу, которая, к слову, теперь выглядела абсолютно довольной.

Я пошёл в свой кабинет, налил себе остывший кофе из кружки, уселся в кресло и отхлебнул.

Я вроде бы считал себя максимально добрым и спокойным человеком, который давно перерос стадию беспричинного насилия. Я люблю, когда механизмы мироздания крутятся как по маслу. Но прямо сейчас мне до зубовного скрежета хотелось пойти и убивать.

Потому что я понимал, что делают эти люди. Одно дело — проводить долгие, кропотливые эксперименты на животных, искать лекарства, которые потом, спустя десятилетия, могут спасать жизни. Это наука. Это искусство.

Но то, что я увидел здесь… Это было грязным и алчным мошенничеством. Они не искали никаких химерологических прорывов. Они не внедряли методики. Они просто нагло всаживали в больных детей инъекции грязного генома, подписывали кабальные контракты, выкачивали из них последние деньги и, попутно, саму жизнь. Дарили ложную надежду. При этом отлично осознавая, что через полгода эти дети просто лопнут изнутри от мутаций. А потом родители, продавшие всё до нитки, исчезнут без следа, потому что не смогут даже рот открыть, чтобы пожаловаться.

Они убивают детей ради ресурса.

Я допил кофе и со звоном опустил пустую кружку на блюдце. Выйдя в приёмную, отметил, что время уже близится к ночи: за окном загорелись фонари. Валерия собирала со стола бланки.

— Лер, всё, давай закрываться, — спокойно сказал я.

Она обернулась и удивлённо моргнула.

— Ты чего такой мрачный, Вик?

— Да так. — Стянув рабочий халат, я перекинул его через руку. — Пойду прогуляюсь. Надо подышать свежим воздухом, да и может, какое доброе дело на ночь глядя сделаю.

— Ой-ой, знаю я твои добрые дела, — отшутилась она, запирая кассовый аппарат. — Снова спасать мир идёшь? Смотри, аккуратнее там. Кого-то бить собрался?

Взявшись за дверную ручку, я притормозил, оглядел темнеющее небо Питера и криво усмехнулся.

— Ну не знаю. Может, убью кого-нибудь. Кто его знает. До завтра, Лера.

* * *

Указанный адрес находился на самой глухой окраине. За монолитными кирпичными стенами располагалась элитная частная педиатрическая клиника — закрытое место для избранных, куда случайных прохожих не подпускали даже на километр.

Буквально на каждом шагу висели таблички с предупреждениями, а на столбах методично вращались объективы камер ночного видения. Охрана периметра — по высшему разряду, плюс я отчётливо улавливал ауры накачанных стимуляторами боевых химер, патрулирующих двор.

— Чего-то не хватает, — пробормотал я, засунув руки в карманы куртки. Нащупал там пухлых хомяков, которые уже от нетерпения перебирали лапками. — Лазерных вышек нет и роя боевых дронов. Ну ладно, прощаем им эту техническую недоработку.

Подойдя к массивной калитке с домофоном и кодовыми панелями, я не стал искать звонок. Вместо этого направил поток энергии в правое предплечье. Кости мгновенно уплотнились до состояния монолитного композита, а мышцы скрутились в тугие пружины.