Книга Идеальный мир для Химеролога 12, страница 85 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

«Клеткассс…» — ворвался в мой мозг разочарованный бас. — «Ты решил меня обмануть, человекссс? Вытащил из моего озера, чтобы посссадить в прозрачную банку⁈ И где же твоя хвалёная новая жизнсссь⁈»

Я засунул руки в карманы куртки и закатил глаза.

— Ты дурак или притворяешься? Какая ещё клетка? Это твои личные апартаменты с климат-контролем и бесплатным пайком. Я свою часть уговора выполняю чётко.

«Ссскучно…» — пророкотал змей и лениво шевельнул щупальцами возле морды. — «Это сссамое унылое место. Пуссстая вода, энергии вообще никакой. Очередной обманссс».

— У тебя терпения как у малька гуппи, — вздохнул я. — Дай мне минут тридцать, и эта банка превратится в главную арену. Обещаю отличное шоу.

Змей пустил из ноздрей цепочку пузырей и демонстративно залёг на самом дне, всем своим весом придавив камни.

Пусть поваляется. Ровно через полчаса парадные двери Акванариума распахнулись настежь, впуская шумных посетителей. Дети с разбегу тянули за собой запыхавшихся родителей, неподалеку прохаживались заинтригованные аристократы, а позади переминались случайные уличные зеваки. Людской поток стремительно растекался по залам. Центральный резервуар ожидаемо собрал вокруг себя больше всего зрителей.

Питомцу не надоело плющить пузо о гальку даже тогда, когда к бронестеклу прилипли первые детские ладошки.

— Ого! Мам, пап, смотрите, какой монстр!

— Ой, а он нас не съест⁈

— Вот это зверюга…

Вибрация десятков голосов, звонкий смех, восхищённые ахи и испуганные перешёптывания мягкими волнами ударили по толстому стеклу.

Я увидел, как на дне дёрнулась шипастая голова. Жёлтые глаза распахнулись на всю ширину. Змей медленно оторвался от дна и плавно подплыл к стеклу вплотную. Люди инстинктивно шарахнулись назад, но тут же подались вперёд. Страх моментально уступил место жгучему любопытству.

Тварь зависла в толще воды. Она медленно водила мордой влево-вправо. Посмотрела на восторженного мальчишку, который буквально расплющил нос о стекло. Затем перевела взгляд на стайку шушукающихся школьниц. Потом уставилась на толстого купца, который уважительно цокал языком, оценивая габариты подводного хищника.

Змей не просто плавал. Он жадно слушал.

«Ах ты ж хитрая задница», — с восхищением понял я, сканируя изменения в его эфирном фоне.

Эта громадина умела считывать поверхностные мысли! Причём не просто транслировать тупую угрозу, как это делали примитивные химеры из Диких Земель, а именно впитывать информационный фон вокруг себя. Слушать, о чём говорят люди, понимать, что про него думают.

В этот момент рыжий пацан за стеклом запрыгал на месте и звонко крикнул матери:

— А он может кувырок сделать⁈ Вот бы он закрутился, как дельфин!

Змей моргнул. А в следующую секунду многотонная туша вдруг грациозно изогнулась и выдала в воде идеальную, скоростную «бочку», пустив по аквариуму плотный сноп переливающихся пузырей.

Толпа за стеклом просто взорвалась от восторга. Люди захлопали, закричали. Кто-то поднял смартфоны, снимая это чудо на видео. Аплодисменты гулким эхом ударили в стекло.

Змей вынырнул из кувырка и посмотрел на толпу с таким удовольствием, что я чуть не заржал в голос.

Для меня картинка окончательно сложилась. Этот древний змей был стопроцентным природным эмпатом. И самое феноменальное — существо такой колоссальной силы и размеров, выросшее в агрессивной среде, не ушло в паразитирование на чужой боли, страхе и ужасе. Оно питалось созидательными эмоциями. Восторг, радость и искреннее удивление.