Книга Идеальный мир для Химеролога 11, страница 114 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

То же самое с когтями. А если на пушистую шерсть моих стражей и попадала чужая кровь, шерстинки работали как идеальная губка — мгновенно всё впитывали, расщепляли ферментами и не оставляли ни единого следа. Даже если саму химеру смертельно ранят, она не пустит ни капли крови и не издаст предсмертного вопля. Там всё заточено под детскую психику: кости усилены эластичным полимером и даже при переломе не издают страшного хруста. Зверь просто «устанет и ляжет спать». Тончайшая работа Химеролога, а не какая-то кустарная лепка.

— Всё продумано, Савелий Тимофеевич. Рад, что система отработала без сбоев.

— Это фантастика! — директор всплеснул руками. — И знаете, благодаря вашей поддержке я могу похвастаться… К нам теперь потянулись спонсоры! Нас заметили! И ярче всех, конечно, выделяется графиня Агнесса Павловна. Она очень здорово помогает деньгами, расширение идёт полным ходом, поставки… В общем, я пришёл похвалиться: приют в полной безопасности и процветает!

Старик выпрямился, и в его глазах блеснул тот самый огонь, который когда-то заставил его бросить науку ради сирот.

— Более того, Виктор, я принял решение увеличить количество воспитанников.

— Масштабируетесь?

— Да. Я же знаю эту систему изнутри. Решил объединить все свои приюты в один. Знаю места, где всё совсем плохо, где с детьми обращаются, как со скотом. Тамошние директора с радостью готовы этих ребят мне раздать. Они же самые первые, «вкусные» бюджетные бонусы при оформлении сирот уже сняли, сливки слизали, а дальше им этих детей воспитывать и содержать банально не выгодно. Им безразлично, хоть бесплатно отдадут! А мне теперь бюджет позволяет всё это тянуть. И самое главное — я вижу, что могу гарантировать этим брошенным детям абсолютную безопасность.

Савелий Тимофеевич запнулся, посмотрел на меня с затаённой надеждой и тихо уточнил:

— Я же… могу им гарантировать безопасность? Правда?

— На каждого ребёнка, который к вам туда прибудет, будет своя персональная химера-телохранитель, — заверил его я. — Это я вам гарантирую. Ну и, само собой, Агнесса обеспечение не прекратит. Бюджет будет.

Лицо директора озарилось таким счастьем, словно ему ключи от рая вручили. Он в порыве эмоций вскочил, искренне рассмеялся и, по-житейски просто, как мужик мужика, звонко хлопнул меня ладонью по плечу.

— Вы только представьте! — хохотал он. — Сидят, значит, в клинике на окраине директор приюта и химеролог. И химеролог на полном серьёзе убеждает директора, что, если что, он сам лично повлияет на одну из самых влиятельных аристократок Империи, и та будет бесперебойно отстёгивать им миллионы!

— Смешно звучит, согласен, — я улыбнулся. — Но реально, она никуда не денется, не переживайте. Если хотите, я сегодня же позвоню и увеличим финансирование раза в два.

Глаза Савелия Тимофеевича тут же полезли на лоб, смех мгновенно оборвался.

— Да вы что! Нет-нет-нет! Ни в коем случае не надо! — старик замахал на меня обеими руками, отступая к двери. — Знаете, Виктор, курочка по зёрнышку клюёт! И так хорошо, что деньги идут стабильно. Их и так немало выделяется, на всё хватает с запасом! Какое увеличение, вы с ума сошли? Тут бы не спугнуть птицу удачи! Молчите, ради бога!

Он пробормотал ещё парочку торопливых благодарностей, послал мне воздушное рукопожатие и поспешно ретировался, явно опасаясь, что я прямо сейчас наберу графиню и потребую засыпать его приют золотыми слитками, что неизбежно привлечёт внимание налоговой и ещё чёрт знает кого.