Книга Идеальный мир для Химеролога 11, страница 41 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Он преодолел разделявшее их расстояние в три длинных шага, рывком перемахнул через край стола и грубо схватил наглеца за лацканы дорогого, но слишком старомодного костюма, рывком подтягивая на себя.

— Да ты хоть понимаешь, тварь, ЧТО я с тобой сейчас сделаю⁈ — проревел Косоруков в лицо старику. — Ты на чье место уселся⁈

Взгляд седых глаз, смотревших на него в ответ, был настолько ледяным, что весь крик просто испарился из глотки начальника отдела. Он уставился в морщинистое лицо напротив и за глубокими складками разглядел знакомую седину. Затем обратил внимание на шрам возле левой брови. Сомнений не оставалось: такой немигающий взгляд мог принадлежать только функционеру, привыкшему помножать людей на ноль без уколов совести. Перед ним стоял сам Грановский, бывший первый заместитель Высшей Канцелярии. Настоящий кошмар для чиновников. Во времена его руководства сотрудники ведомства вставали по стойке смирно от звука шагов в коридоре, а зажравшиеся дворянские семьи спешили разом погасить долги во избежание проблем.

Косоруков разжал пальцы. Воздух в легких испарился. Его место заняло то самое ясное озарение, какое обычно отпечатывается на физиономии кретина, случайно пнувшего спящего медведя.

Герцог не сдвинулся с места. Он брезгливо отряхнул ткань пиджака ровно там, где ее имел наглость помять оцепеневший начальник отдела.

— Нападение при исполнении на первого заместителя главы Канцелярии… Замечательно, — тихо произнес старик. Его скрипучий тон царапал нервы похуже крупной наждачки.

Сглотнуть Косоруков не успел. Оконные стекла звякнули от скачка давления, а в следующую секунду массивные створки дверей с треском вмялись в кабинет под напором звериной силы.

В помещение молниеносно хлынул личный отряд гвардии «призраков». Тёмные размытые фигуры, сливающиеся с воздухом. Два удара, похожие на выстрел пневматики, и Косоруков уже лежал лицом вниз, плотно вдавленный носом в собственный паркет, с вывернутыми под дичайшим углом руками. Лицо болезненно встретилось с жестким полом, и в голове протяжно зазвенело. Колени намертво придавил чужой ботинок, рифленый протектор которого впивался в суставы и мешал сдвинуться с места.

— Вы… вы не имеете права здесь находиться! Вы в отставке! Нет полномочий в моем департаменте! — взвизгнул Косоруков.

Грановский удобно устроился в любимом кресле хозяина кабинета. Он подался вперед и оперся локтями о подлокотники. Гость рассматривал распростертого чиновника сверху вниз, слегка скривив губы от брезгливости.

— Статья четыре, подпункт тринадцать Имперского свода о высших служебных лицах Канцелярии, — заговорил он монотонно, словно зачитывал вслух служебную инструкцию. — Даже после добровольного снятия полномочий офицер сохраняет право явиться в любое подотчётное заведение империи с проверкой, если есть подозрение на коррупционный сговор. Нападение на проверяющего трактуется как измена. Это дает мне законный повод прикончить вас прямо в луже вашей же слюны. Ещё аргументы имеются?

Косоруков попытался вырваться из захвата, но лишь нелепо дернулся на полу. Его мозг годами привык лавировать между ведомственными запретами и сейчас безжалостно подкинул текст нужного параграфа. Чиновник действительно помнил это старое, давно забытое всем министерством правило. Крыть оказалось совершенно нечем.