Книга Идеальный мир для Химеролога 9, страница 101 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Я вышел из операционной и добрался, наконец, до холодильника. А потом пошёл к лестнице, ведущей в наши подземелья. Нужно было проверить, как идут дела у Рядовой с её новым подразделением.

Спустившись в подвал, который мы переоборудовали под тренировочный лагерь, я остановился у железной двери и прислушался. Оттуда доносился ритмичный стук и уханье.

Осторожно приоткрыл дверь.

Посреди зала, заложив руки за спину, вышагивала Рядовая. На её морде было написано такое презрение к окружающим, что позавидовал бы любой сержант имперской гвардии. А перед ней, в один ряд, пыхтели три новые мартышки, которых я недавно выкупил на рынке. Но они больше не выглядели забитыми зверьками. Рядовая нарядила их в укороченные камуфляжные штаны и маленькие тактические разгрузки. Прямо сейчас вся троица, упираясь кулаками в бетонный пол, синхронно отжималась.

— Р-р-раз! Д-д-два! — командовала Рядовая, отбивая такт деревянной палкой по своим костяшкам.

Мартышки опускались и поднимались, блестя от пота. Одна из них попыталась схалтурить, недожав руки, но Рядовая мгновенно оказалась рядом и слегка, но ощутимо ткнула халтурщика концом палки в бок. Тот возмущённо пискнул, но тут же исправился и начал отжиматься в два раза быстрее.

— Неплохо устроились, — громко сказал я, входя в зал.

Рядовая резко обернулась, увидела меня, бросила палку и вытянулась по стойке смирно, приложив ладонь к виску. Новобранцы, глядя на своего командира, тоже попытались вскочить и отдать честь, но настолько обессилели, что повалились кучей на бетон.

Я подошёл ближе, разглядывая тяжело дышащих макак. Мышцы у них уже начали уплотняться, сказалась моя недавняя корректировка их гормонального фона.

— Вижу, дела идут в гору, — я посмотрел на Рядовую. — С дисциплиной порядок. А ты им уже имена придумала? Или они у тебя так и будут безымянным пушечным мясом?

Рядовая серьёзно кивнула, давая понять, что вопрос с идентификацией личного состава решён.

— Ну и? Кто есть кто?

Она подошла к первому примату — самому крупному, с порванным левым ухом. Положила ему тяжёлую лапу на макушку и подняла вверх один палец.

— Первый? — догадался я.

Она снова кивнула. Сделала шаг ко второй, более поджарой самочке, и подняла два пальца. Затем подошла к третьей, самой мелкой, но с очень злым взглядом, и выставила три пальца.

Я почесал подбородок.

— Ну… оригинальненько, ничего не скажешь. Виднеется глубокий смысловой подтекст. Первый, Второй и Третий. Прямо легионеры. Ладно, тебе командовать, тебе и называть.

В этот момент в кармане завибрировал телефон. На экране высветился номер одной из наших сотрудниц Акванариума.

— Виктор, простите, что отвлекаю, но у нас… инцидент в Акванариуме.

— Что случилось?

— Внутрь проник какой-то… городской сумасшедший. Эко-активист или типа того… Он как-то пролез в техническую зону главного резервуара, разделся до трусов и прыгнул прямо в воду к химерам.

Я даже удивился, представляя эту картину.

— Прыгнул в воду? К моим глубоководным химерам?

— Да. И плавал там, орал через специальный мегафон, который притащил с собой. Заявлял, что не вылезет, пока мы не выпустим всех «страдающих узников» на свободу в открытое море. Мы не знали, что делать, боялись лезть в воду, потому что химеры могли сагриться на кровь или резкие движения. Хотели вызывать полицию и спускать воду.