Книга Идеальный мир для Химеролога 9, страница 39 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Я вернулся в кабинет и щёлкнул пальцами.

— Кеша! Хватит дрыхнуть! Давай, спускайся.

Со шкафа с недовольным кряхтением слетел попугай и плюхнулся на стойку.

— Пернатая гвардия, подъём. Поднимай своих воробьёв, ворон и прочую уличную шпану. У нас из-под носа увели имущество. Хомяков тоже на уши поставь — пусть прочешут периметр на предмет следов.

Работа закипела… Грызуны обнюхали каждый миллиметр вокруг клетки, Кеша разослал птиц по району. Через двадцать минут у меня на столе лежала полная картина произошедшего, собранная из обрывков запахов и случайных визуальных контактов ночных ворон.

Никаких профессионалов. Никакой магии.

Простой человеческий след вёл в сторону промзоны, в самые глухие трущобы Кировского района.

— Я скоро, — бросил я Валерии, накидывая куртку. Любопытство жгло меня изнутри.

Трущобы встретили меня запахом сырого бетона и застарелой мочи. Асфальт здесь заканчивался ещё на подъезде к кварталу, уступая место разъезженной грязи. Серые, покосившиеся бараки жались друг к другу, зияя выбитыми окнами.

Я шёл по узкому проулку, перешагивая через мусорные кучи.

Из-под ржавого остова сгоревшей машины вынырнул мелкий, чумазый пацан лет восьми. Огромная куртка висела на нём мешком.

— Слышь, мужик! — шмыгнув носом, крикнул он, преграждая мне дорогу. — Отдай пять копеек, я тебе анекдот расскажу! Смешной, обоссышься!

Я остановился. Старая, дешёвая районная разводка. Ты останавливаешься послушать анекдот, лезешь за мелочью, а в этот момент с крыши или из окна тебе на голову летит тухлое яйцо или пакет с помоями. Пока ты отряхиваешься и материшься, мелкий выхватывает кошелёк, а из подворотни на подстраховку выходят его старшие братья с арматурой.

Я сунул руку в карман, нащупал там двухрублёвую монету и щелчком отправил её в воздух. Монетка сверкнула и упала точно в подставленную грязную ладошку.

— Валяй, — сказал я. — Только если не смешно, заберу обратно вместе с курткой.

Пацан ловко спрятал деньги за щеку — видимо, карманы были дырявыми — и расплылся в беззубой улыбке.

— Что общего между столичным аристократом и подвальным тараканом? Оба живут за наш счёт, только тапком прихлопнуть можно лишь одного!

Он заливисто заржал собственному юмору и, не дожидаясь моей реакции, юркнул в ближайшую подворотню.

Я хмыкнул. Жизненно, конечно. Поправил воротник и двинулся дальше, сверяясь с остаточным следом. Мой путь лежал к покосившейся деревянной лачуге, которая каким-то чудом втиснулась между двумя глухими кирпичными стенами заброшенного завода. Крыша просела, окна затянуты мутной плёнкой. Я остановился в десяти метрах и «присмотрелся».

Внутри находились трое людей и одна собака — тот самый щенок с белым пятном на ухе.

Я стоял и анализировал ситуацию, чувствуя, как внутри закипает чисто профессиональное любопытство. Эта хибара — классическое дно. Обитатели, судя по сизому фону их аур, крепко и давно сидят на стакане. Но как, чёрт возьми, это произошло?

Я прокручивал в голове системы защиты своей клиники. Мощные замки, укреплённые окна. Хомяки-диверсанты в вентиляции, спящие в полглаза. И, мать его, целый Псих — мой модифицированный монстр с обонянием, способным уловить запах за квартал.

И кто-то умудрился зайти туда, открыть клетку, забрать щенка и уйти, не сломав ни одного замка и не подняв тревоги. Даже не оставил ни капли магического фона. Филигранная, я бы даже сказал — практически невозможная работа. Если бы это провернул матёрый вор-артефактор, я бы понял. Но след привёл меня сюда, в эту клоаку.