Книга Идеальный мир для Химеролога 9, страница 76 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Она уходила наверх. Туда, где шумел огромный, ничего не подозревающий мегаполис, полный свежего, тёплого мяса.

Огромный кусок бетона, отколовшийся от свода, рухнул у самых ног Батурина, обдав его облаком каменной крошки. Осколок арматуры чиркнул майора по бедру, пробив защиту и глубоко войдя в мышцу.

Батурин со стоном сполз по стене, оставляя кровавый след. Он судорожно дёрнул с пояса артефактный передатчик экстренной связи. Кристалл на корпусе мигал тусклым жёлтым светом — эфирный фон от прорывающейся наверх химеры глушил частоты, превращая сигнал в кашу из статических помех.

Майор сломал защитную пломбу прибора и вдавил кнопку прямого аварийного канала в Генштаб.

— База! — прохрипел он, чувствуя, как кровь заливает ботинок. — База, это Чистильщик-Один! Код красный! Повторяю, код абсолютно, на хрен, красный!

Сквозь треск помех прорвался искажённый голос дежурного:

— Чистильщик… вас не слышно… доложите обстановку…

— Саркофаг не пустой! — Батурин орал в микрофон, пытаясь перекричать грохот рушащихся потолочных плит. — Там не мумия! Мы вскрыли живую активную химеру! Уровень угрозы не классифицируется! Биомасса огромных размеров! Половина отряда уничтожена!

С потолка посыпалась земля вперемешку с кусками силового кабеля. Химера пробила первый ярус обороны бункера.

— База! Она не обращает на нас внимания! Она идёт на поверхность! Мы выпустили истинную смерть! Поднимайте гарнизон! Всю тяжёлую технику, всех Одарённых! Она выходит в город!

Удар колоссальной силы сотряс коллектор. Майора отбросило в сторону, переборка над головой жалобно застонала и начала складываться внутрь.

Пальцы майора разжались, передатчик со стуком выпал на грязный бетон. Глаза закатились, и Батурин провалился в милосердную темноту, пока окружающий его мир рушился на куски.

* * *

Мягкая кожа сидений бронированного внедорожника, присланного Агнессой, приятно пружинила под спиной. В салоне пахло каким-то цитрусовым ароматизатором. Водитель в деловом костюме вёл машину плавно, давая мне возможность спокойно смотреть в тонированное окно и гонять в голове рабочие схемы.

Водитель, представившийся простым русским именем Степан, время от времени с любопытством поглядывал на меня в зеркало, но молчал, проявляя чудеса профессиональной выдержки. Только пальцы левой руки мерно постукивали по рулю — не нервно, а так, словно он отбивал ритм какой-то мелодии, застрявшей в голове. На приборной панели, прихваченная к вентиляционной решётке канцелярским зажимом, торчала детская фотография: рыжая девочка лет четырёх с перемазанным шоколадом ртом.

Я заметил это краем глаза и отвернулся. Чужая частная жизнь не моё дело.

Дел накопилось столько, что в сутках явно не хватало ещё часов десяти. Клиентов было хоть отбавляй, заказы сыпались сплошным потоком, телефон у Валерии на стойке не замолкал ни на минуту, а в стационаре скопилось столько животных, что скоро понадобится покупать соседние помещения.

Андрей с Катериной носились как заведённые, Роман сутками не вылезал с работы, но мы всё равно откровенно не справлялись. Нужна свежая кровь, хотя бы ещё два-три толковых специалиста, желательно с очень крепкой нервной системой.

Вся эта лавина клиентов объяснялась до смешного просто. Я держал цены. По меркам столичных элитных лечебниц мой прайс болтался где-то на уровне плинтуса. Для меня, привыкшего оперировать совершенно другими масштабами, даже эти суммы казались грабительскими за пятиминутную работу со сращиванием костей или прочисткой эфирных каналов. Будь моя воля, я бы сбросил ценник ещё вдвое, чтобы прогонять через себя больше материала и вытаскивать с того света больше зверья.