Книга Идеальный мир для Химеролога 7, страница 103 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Макар, — позвала она.

— Да, госпожа?

— Оцени уровень угрозы. Если бы эти… существа, которые здесь поработали, напали на нас?

Макар оглядел поле битвы. Посмотрел на разорванную бронированную дверь, на размазанных по стенам монстров.

— Мы бы не выстояли, — честно признал он. — Даже с полной мобилизацией и поддержкой тяжёлой техники. Нас бы просто смели. Скорость и сила, которые здесь применены… это за гранью возможностей современной боевой химерологии.

Агнесса кивнула. Она и сама это понимала. Счёт, который она должна была Виктору, вырос до небес. Он ведь не просто спас завод, но и показал ей, кто он такой на самом деле Ему даже не пришлось сражаться самому. За него всё сделали его создания. Те самые «хомяки», «обезьянка» и «собачка», над которыми она втайне посмеивалась. А ведь это была компактная, мобильная и абсолютно смертоносная армия, которая подчинялась ему беспрекословно.

Агнесса почувствовала дрожь в коленях от огромной радости за то, что этот человек её союзник. Что он пьёт с ней кофе, шутит и лечит её брата. Потому что иметь такого врага она не пожелала бы никому. Даже Воронову.

В кармане пискнул телефон. Пришла сводка новостей с внешнего периметра.

«Ситуация на границе сектора „C-51“ ухудшается. Зафиксировано появление новых видов химер. Гарнизоны просят подкрепления. Прогнозы аналитиков негативные…»

Мир катился в бездну. Стены трещали. Армия с трудом сдерживала натиск.

Но теперь у неё была надежда. Потому что в городе есть Виктор. И если кто-то и сможет остановить то, что грядёт из Диких Земель, то только он. Тот, кто может превратить плюшевого хомяка в убийцу драконов.

* * *

Та женщина не выходила у меня из головы. Точнее, не она сама, а та тварь, что на неё напала.

Я сидел в кабинете, вертел в руках карандаш и анализировал. Тот ящер-садист… Это была не случайная мутация и не ошибка природы. Кто-то намеренно создал химеру, чей источник силы чужая боль. Существо, которое питается не мясом, а эманациями страха и страдания.

Это высший пилотаж тёмной химерологии. И это значит, что в городе сидит кто-то очень умный, талантливый и совершенно отбитый на всю голову. Он не просто клепает монстров, а намеренно создаёт инструменты террора.

В окно влетел Кеша.

— Ну? — спросил я. — Что говорят твои осведомители?

Попугай сел на край стола и понурил голову.

— Ничего, хозяин. Вообще глухо. Я облетел всех: крыс, ворон, даже с бродячими котами перетёр. Никто ничего не слышал. Никаких слухов про лабораторию, где делают таких уродов. Никаких странных запахов. Пустота…

Я нахмурился. Это напрягало. Обычно в животном мире информация расходится быстрее, чем вирус гриппа. Если никто ничего не знает, значит, этот «творец» умеет прятаться лучше, чем крот Борис. Или его база находится там, куда не могут добраться обычные животные.

В кабинет заглянула Валерия.

— Вик, извини, что отвлекаю… Но у нас там сложный пациент. Женщина плачет, собака рычит… Псих нервничает.

Я встал. Раз Псих нервничает, значит, дело дрянь.

В приёмной действительно пахло бедой. На диванчике сидела женщина лет сорока, с красными от слёз глазами, и сжимала поводок так, что костяшки её пальцев побелели. А на другом конце поводка сидел огромный алабай, закованный в сложный артефактный намордник, который светился тусклым красным светом, сдерживая челюсти. Из пасти собаки капала густая белая пена. Глаза налились кровью, мышцы под шкурой ходили ходуном от напряжения.