Книга Ренегат. Тень Империи, страница 37 – Олег Ковальчук, Марк Альтергот

Видимо кто-то шёл по туннелю освещая себе путь фонарём.

Я тут же застыл, и прислушался к звукам, вглядываясь в дальний конец пещеры. Может, звук скрежета о камень привлёк кого-то? Это может быть как возможность к спасению, так и новая угроза. Да уж, даже не знаю, что хуже: подохнуть от жажды и голода или попасть в плен к гиранцам. Но уверен, что нет лучшей смерти чем умереть в бою!

Останавливаться я не собирался. У меня просто нет другого выбора. Если я не буду расчищать камни, то навсегда останусь здесь, без единого шанса на выживание. Я должен бороться за свою жизнь пока тело способно функционировать, так гласит Устав. В принципе, было бы неплохо достать лепестковую гранату. По крайней мере, если какой-то отряд ко мне подберётся, мало им не покажется. Правда, для этого нужно ещё дотянуться до этой самой гранаты, а в моём положении сделать это не так-то просто.

В моей автоматике явно что-то разладилось, и я не знал, что висит на моём поясе. Скосив глаза, попытался посмотреть в ту сторону, но чёртов камень не позволял ничего разглядеть. Да и рукой туда тянуться неудобно, да и не рационально. А то вдруг я потрачу на эту задачу целую тучу сил и времени, а гранаты там и нет. Меня ведь не слабо протащило по камням. Странно как я там голову не потерял. Гранаты вполне могли сорваться при падении. Можно было бы попытаться связаться непосредственно с устройствами, но не в случае с гранатами. Нет необходимости привязывать гранаты и собирать их статус. По крайней мере, это нелепо. Ведь гранаты — одноразовое оружие, которое не нужно перезаряжать.

Постепенно свет становился ярче, и вскоре я смог разглядеть контуры двигавшейся в сторону, моей ловушки. Судя по всему, это был человек, который нёс в руке факел. И это явно был гиранец. Только отсталые дикари могли использовать огонь в качестве осветительных приборов. У нас для этого имелись более эффективные и безопасные устройства.

Когда гиранец подошёл достаточно близко, в левом глазу сработало оптическое увеличение и я смог детально его рассмотреть. Несимметричные черты лица и другие нехарактерные для нас отличия, типа родинок и шрамов. И этот гиранец был какой-то чересчур мелкий. От силы полтора метра ростом. Наверное, какой-то больной или ущербный.

Обычно все гиранцы, которых я видел до этого, были минимум метр восемьдесят. А этот ещё и щуплый, точно недоразвитый. Не хватало ещё подхватить от него какую-нибудь заразу и умереть от неё раньше, чем меня доконает голод…

Тем временем, дикарь подошёл совсем близко и застыл. Он внимательно осмотрел глыбу, которая меня придавила, и задумчиво почесал затылок.

В какой-то момент я подумал, что он смотрит прямо на меня, но оказалось, что он меня не заметил. Он смотрел только на камень, преграждающий ему путь. Видимо, раньше он куда-то выходил из этой пещеры. Может, лекарства ходил искать. Кто знает этих дикарей, чем они там лечатся. Да и мало ли какие у этого неполноценного мысли.

Закусив от досады губу, гиранец подошёл к камню и постучал по нему, будто надеялся, что тот куда-то исчезнет или раскроется, подобно двери. Но, разумеется, камень остался неподвижным.

Я наблюдал за ним, не решаясь производить ни малейшего звука. В таком положении я сам оставался в весьма невыгодной позиции, и лучше было не привлекать к себе внимание.