Книга Моя Академия 11, страница 40 – Евгений Син, Валерий Листратов

Бесенята валяются на идеально чистой земле кверху пузом, из пастей вылетают зеленоватые пузыри и лопаются прямо над ними. Очень смешное и немного страшноватое зрелище.

И всё равно ощущения выполненной просьбы не появляется — она продолжает висеть во внутреннем пространстве разума.

Мы явно не учитываем что-то ещё.

Оглядываю поле ритуала.

Вроде бы ничего не осталось. Некроманты, создавшие рисунок, мертвы. Смотрю на кучки балахонов и остатки тронутых ржавчиной железяк и камней: в общем на мусор, который остался после уничтожения призраков. Все эти вещи никак себя не проявляют. Хотя, стоп. Над балахоном ведущего ритуал мага расползаются лёгкие языки хмари. Мизерные, едва заметные, но всё же.

Подхожу и носком сапога расшвыриваю мусор. Отодвигаю остатки балахона. Из вороха одежды выпадает связка ключей — именно она слегка фонит магией. Возможно, именно поэтому она осталась практически нетронутой и не поврежденной.

Кажется, эти ключи подошли бы к кандалам. Как минимум одну такую зачарованную цепь я бы, пожалуй, взял себе. Внутренний хомяк очень хочет исследовать металл, который сопротивляется магическому воздействию. Может быть, не прямо сейчас, но когда-нибудь у меня накопится достаточно знаний, чтобы это сделать. Если учитывать моё последнее приобретение навыков, то подходящее время наступит очень скоро.

Касаюсь — ключи никак не реагируют. Но это понятно: по большому счёту, магии внутри, скорее всего, хватает только на то, чтобы ключ подходил к замку и не открывался без магического соответствия. Логика простая. Вряд ли на ключах установлена какая-либо защита. Да и хмарь реагирует на мои касания абсолютно индифферентно.

Подбираю связку.

Больше на всей поверхности когда-то ритуального рисунка ничего магического нет. Примерно помню, где проходили очертания магических нитей. Теперь на земле не осталось ни одной капли ядовито-зелёной магии. Бесенята лежат тут же и звучно икают. Магической насыщенностью от них даже не пахнет. Существа никак не проявляют собранную энергию во внешний мир.

«Бум!» — чувствую ногами глухой удар из-под земли. При этом никаких посторонних звуков — полная тишина.

«Бум!» — Почти без паузы за первым ударом следует второй.

Недалеко от меня, там, где находятся камни, земля высыхает прямо на глазах и трескается с громким щелчком. На звук тут же поворачивается Ариадна, а бесенята вскакивают на лапы.

— Что случилось? — спрашивает менталистка. — Я осмотрела всех, кого ты вытащил, они в полном порядке. Никакие техники, кроме диагностических не применяла.

— Понятия не имею, — отвечаю. — И дело тут точно не в твоих техниках. Ты почувствовала удары?

Смотрю на непонимание во взгляде девушки и предвижу ответ. С пленными всё в порядке — уже хорошая новость. Теперь осталось выяснить, что происходит под землёй, и почему эти содрогания ощутил только я.

— Какие удары? — переспрашивает Ариадна.

— Прямо под нами, — говорю ей. — Если сможешь посмотреть, есть ли под землей разум, будет очень кстати.

Отступаю на пару шагов. Земля трескается ещё раз всё с тем же треском, но уже практически поперёк. А ведь это самый фокус ритуала.

«Бум!» — Мои ноги чувствуют ещё один удар. Камни почти что подпрыгивают, а земля будто ударяет стопы ног. Этот удар настолько сильный, что реагирую на него не только я. Менталистка тоже делает пару шагов назад. Вибрация проходит по всему рисунку и выходит немного дальше. Что это — непонятно, но, по ощущениям, ничего хорошего.