Книга Моя Академия 10, страница 37 – Евгений Син, Валерий Листратов

Спускаюсь к кабинету Пилюлькина. Открываю дверь.

— Константин Иванович! — обращаюсь к целителю. Если дверь не заперта, он должен быть на месте.

— Орлов! Опять ты? — спрашивает Пилюлькин. — Я же тебе недавно понятным языком сказал — завтра всё, завтра! Чего тебе неймется?

— Конечно, Константин Иванович, всё завтра, — соглашаюсь. — Только у меня другой вопрос. Более важный. И надо бы разобраться как можно быстрее.

— Неожиданно, — Пилюлькин без особого удовольствия отвлекается от своих записей. — Ладно, что тебе надо? Только поживее.

Такое ощущение, что в кабинете за время моего отсутствия совсем ничего не произошло и не поменялось. Разве что в колбе перед Пилюлькиным чуть меньше синеватой жидкости. Целитель отрывается от стола с многочисленными исписанными листами и отпивает из колбы пару глотков. Теперь всё понятно.

— Давай-давай, не задерживай, что у тебя? — нетерпеливо спрашивает целитель.

— Константин Иванович, у меня два маленьких вопроса. Я давно к вам заглядывал? — уточняю, чтобы удостовериться в своих ощущениях.

— Понятия не имею. По мне — так только что, — Пилюлькин немного беспомощно оглядывает стол и возвращается взглядом ко мне. — Хотя, когда я увлечён, время бежит незаметно. Странный вопрос, давай дальше.

— У меня тут два ингредиента, — перехожу к делу, пока целитель еще больше не разозлился. — Их бы по возможности пустить в исследование.

— Новые? — чуть более заинтересованно спрашивает Пилюлькин.

— Новые, — подтверждаю. — Мы такие ещё не встречали.

— Ладно, прощён. — Лицо целителя расслабляется. — Тащи сюда, — говорит он, а в его глазах загорается едва заметный лихорадочный блеск. Больше, чем свои изыскания, мужик, похоже, любит новые загадки.

Открываю сумку и отдаю ему кусок коры дерева, который получилось отколупать ножом — небольшой, сантиметров десять от силы. При этом нож я напрочь сточил, будто резал не кору, а самый настоящий камень. Следующей на стол ложится запчасть монстра.

— Так, что это и откуда? — спрашивает Пилюлькин.

— Понятия не имею, — честно отвечаю. — Вот это — кусок монстра, который плевался кислотой, — показываю на запчасть. — Кора от непонятной штуковины, но она тоже была живая. Впервые видел что первого, что второго.

— Хм, — целитель задумчиво вертит кору в руках. — Очень напоминает кору древня, но эта вроде немного плотнее. И тяжелее, — взвешивает на ладони. — Ладно, оставляй, я посмотрю. Если узнаю что-нибудь интересное — расскажу.

— Спасибо, Константин Иванович, — благодарю мужика и разворачиваюсь к двери.

— Да не за что, Орлов, не за что, — отвечает он. — С тобой моя жизнь уже не будет прежней. Проваливай. А то я с твоими вечными посещениями вообще ничего не успею.

Усмехаюсь и быстро исчезаю из целительской.

А на выходе из кабинета сталкиваюсь с Майей. Она только выходит из столовой.

— Ларион? — удивляется девушка. — Ты тоже еще тут?

— Привет, — говорю. — Ты после завтрака? — слегка удивляюсь, но не подаю вида. Кажется, сейчас заодно узнаю, сколько прошло времени.

— Ой, никак не могу уйти из столовой, остановилась поболтать с девчонками из нашей группы, — делится Майя. — А ты откуда?

— Заглянул к Константину Ивановичу, — не вижу смысла скрывать.

Отхожу от двери, а девушка пристраивается рядом.

— Знаешь, Ларион, у меня есть предложение, — чуть мнется целительница. — Ты никуда не спешишь?