Книга Моя Академия 10, страница 51 – Евгений Син, Валерий Листратов

— Эээ… Константин Иванович… — не совсем согласен с формулировкой.

— Ой, да ладно, не клюй мне мозги. Всё, лети, Орлов, — усмехается своей шутке целитель. — И потом прилетай обратно.

Возвращаюсь на занятия и сажусь вместе со своей группой.

На лекции продолжаю думать о своём. Благо, никаких вопросов от преподавателей и никакой практики. Сегодня только теория.

— Я потом дам переписать конспекты, — повторяет Аглая прямо во время лекции, когда видит, что я ни слова не записываю.

Удивляюсь, что даже наша менталистка входит в положение и предлагает помощь.

Посматриваю на Олесю, но с девушкой вроде бы все нормально, и она внимательно вслушивается в каждое слово, да еще и конспектирует.

— Ты как себя чувствуешь? — уточняю у Олеси, как только выходим из аудитории.

— Я-то в норме, — отвечает она. — А вот ты, Ларик, сегодня сам не свой, — девчонка серьёзно смотрит на меня.

— Наверное, — пожимаю плечами. Хотя кто бы говорил. Решаю не развивать утренний разговор и попытаться перекинуть внимание на учебу.

Останавливаемся вместе с Олесей возле кабинета Пилюлькина. Там же встречаем Майю и Синегорского.

— Доброе утро, Ларион! — улыбается будущая целительница.

После нашей прогулки Майя, похоже, рада мне еще больше. А вот Олесе встреча нравится меньше. И девушка бросает на Майю недовольные взгляды.

— И тебе, — улыбаюсь в ответ.

Пожимаю руку маркизу.

Все вместе заходим в целительскую. Всё вокруг немного изменилось — посреди кабинета стоят два стула. Пилюлькин сидит за своим столом.

— О, студенты! Наконец вы пришли, — довольно потирает руки весёлый целитель и тут же, без всяких лишних пояснений, продолжает: — Так! Мальчики садятся на стулья и снимают свои амулеты. Процедура такая же, как при обследовании.

Переглядываемся с маркизом и занимаем предложенные места. Что сейчас будет происходить, не совсем понятно. Ждём хоть каких-то объяснений.

— Итак, все целители делятся на две категории: теоретики и практики. К теории мы ещё придём, — с энтузиазмом говорит Пилюлькин. — В вашем случае важна практика. Надеюсь, вы повторили те глифы, которые я вам давал?

Девушки и маркиз кивают.

— Замечательно. Так, а тебе, — показывает на меня. — С тобой всё намного проще. Ты же помнишь свой наработанный глиф?

— Помню, — отвечаю.

— Ну вот, с него и начнём, — говорит Пилюлькин. — Точнее, ты начнёшь. Так, Майя, теперь перейдем к тебе. Твой подопытный — Синегорский.

Девушка удивленно смотрит на маркиза и снова переводит взгляд на Пилюлькина. Определение «подопытный» её явно смущает.

— Потом поменяетесь, не переживайте, — усмехается целитель, замечая реакцию. — А твой, — говорит Олесе, — соответственно, Ларион. — Ну что, Ларион, — обращается ко мне Пилюлькин. — Можешь представить свой глиф? — Ждёт, пока кивну. — Значит, так, твоя задача — диагностировать. Задача Олеси — вылечить. Работаете на время, — улыбается целитель. — Поехали! — говорит он и мгновенно атакует нас с маркизом.

Даже не дёргаюсь. Пилюлькину полностью доверяю — и то количество времени, которое он уже потратил на меня, о многом говорит. Целитель абсолютно точно не будет сливать столько вложенных сил ради непонятно чего. Вот только тело с этим не согласно.

Да и маркиз скрючивается на стуле.

Сразу понимаю почему. Все тело выжигает изнутри, и боль накатывает волна за волной. Благо, отстраниться от неё пока ещё получается. За маркизом уже не слежу. Полностью концентрируюсь на собственных ощущениях. Девчонки видят происходящее, и на их лицах мелькает растерянность.