Книга Моя Академия 9, страница 32 – Евгений Син, Валерий Листратов

По дороге к посадочному полю думаю о завтрашнем дне. Надеюсь, что Мария Львовна уже предупредила Пилюлькина о нашей совместной работе. Кроме как на аренах, мы с целителем больше нигде не пересекались.

Поднимаюсь в кабину дирижабля и все сомнения отпадают — в одном из кресел вижу Пилюлькина.

— Господа студенты, доброго вечера! — здоровается целитель. — Я смотрю, у вас после такого занятия еще остались силы на путешествия. Вот, что значит молодая кровь! Где там Прокофьев? Он обещал мне вылететь пораньше.

— Так это из-за вас сдвинули вечерний рейс? — уточняю.

— Из-за кого же еще? Дело жизни и смерти, так сказать, — хмыкает целитель. — Слишком редко бываю в городе, сразу всем срочно понадобился. Ну, капитан, мы успеваем? — спрашивает Пилюлькин, как только Прокофьев поднимается на борт.

— А что, были какие-то сомнения? Или вам мало слова капитана? — мимоходом усмехается Прокофьев.

— Что вы! — холодно улыбается Пилюлькин. — Ни малейших сомнений.

Оглядываю остальные пустые места, их тут не много. Лишние кресла как всегда убраны.

— А вот Юрия Олеговича не вижу, — мельком замечаю. — Он вроде тоже собирался уезжать.

— А он тебе зачем? — спрашивает Пилюлькин.

Прокофьев уходит в рубку. Видно, что с преподавательским составом капитан дирижабля не в очень дружеских отношениях. Разве что с Германычем общается чуть чаще и больше, как понимаю, по делу. А вот с Пилюлькиным у них не очень теплые отношения — будто между капитаном и целителем случился определённый конфликт, но вытаскивать его на люди и хоть как-то обсуждать они его не собираются.

— Просто мы виделись буквально недавно, — поясняю. — Он сказал, что тоже собирается уезжать.

— Ой, я тебя умоляю, — отмахивается Пилюлькин. — За этим хитрым магом пришлют винтокрыл. Будет он с дирижаблями возиться, ага…

Прикидываю — в общем-то, похоже на правду.

Дирижабль отрывается от земли не так мягко как обычно. Сегодня Прокофьев, очевидно, спешит. Движение чувствуется сильнее.

— Ну вот, как я и говорил, — Пилюлькин машет рукой в сторону иллюминатора.

На посадку как раз заходит черный винтокрыл батальона зачистки. Даже немного завидно. На таком аппарате добраться до города — раз плюнуть.

Про дополнительное обучение Пилюлькин при ребятах не говорит ни слова. Тоже не начинаю эту тему — еще успеем обсудить. Целитель достает из сумки толстый справочник и стопку бумаг, раскладывает их на коленях и углубляется в чтение.

Молча переглядываемся с Олесей.

— Наверх? — спрашиваю одними губами.

Девушка согласно кивает. Верхний этаж, если Прокофьев его не закроет, всяко интереснее, чем дремать в пассажирском отсеке. Тем более, мы вылетели чуть раньше и вполне можем застать всю красоту заката.

Пилюлькин на разговоры явно не настроен: ему и без того есть, чем заняться. Ребята в принципе подустали. День выдался крайне суматошный.

Ловлю взгляд проходящего мимо Прокофьева и показываю глазами наверх. Тот молча кивает. Ну, вот, разрешение получено.

Легонько касаюсь плеча Олеси и показываю головой в сторону выхода. Встаем тихо, и нашу эскападу никто особо не замечает — народ настраивается на длинную дорогу.

— Как же красиво! — восхищается девушка. — Моё любимое предзакатное время.

— А что не так с рассветами? — спрашиваю с улыбкой. — Ходят слухи, они тоже чертовски красивые.