Книга Моя Академия 5, страница 81 – Евгений Син, Валерий Листратов

Просыпаюсь раздетый — всё-таки на меня потратили некоторое время, чтобы я смог выспаться комфортно. Белоснежная наволочка пахнет бинтами и медикаментами. При этом никаких травм на себе не ощущаю.

Одежда аккуратно сложена рядом с кроватью — это я уже видел. Спускаю босые ноги на пол, нащупываю простенькие больничные тапки.

Встаю. В кресле неподалеку дремлет один из старшекурсников. Видимо, его оставили на всякий случай — проследить за больными. Парня сморило после сильного напряжения. Он спит, сидя на кресле с полуоткрытыми глазами, немного покачиваясь.

Меня сейчас это не беспокоит. Информер, кстати, находится не в моей комнате. Он лежит рядом со мной на стуле. Беру в руки — работает. Время четыре часа утра следующего дня. Получается, меня вырвало из жизни часов на двенадцать плюс-минус.

По словам Пилюлькина, мы должны были обработать около пятидесяти человек. Силы меня оставили примерно на сороковом. Отодвигаю ширму и смотрю на остальные кровати вокруг. В стазисе лежит чуть больше бойцов, чем в моём сне. Раз, два… семь коконов. Ага, значит, посчитал примерно правильно. На каждого бойца мы тратили не больше пяти минут. Обычно около трех. Пять минут — это сложные случаи. Сложных было не так много — раз, два и обчелся.

Когда не хватало простых систем глифов, Пилюлькин жестом призывал эликсиры и специальные целительские амулеты, создавал сложные схемы — и это занимало время.

Значит, от двух до пяти минут на каждого. Если прикинуть примерное время, работа в тандеме с целителем заняла от двух до трёх часов. Может быть, два с половиной. И всё это в жутком напряжении.

Вообще-то, неплохой результат. Особо не напрягаясь, могу вспомнить, как провел каждую секунду в этом состоянии. Правда, секунда в ускорении получается растянутой — сколько прошло времени вовне, даже не знаю.

И всё-таки вырубило меня часов на двенадцать, не меньше. Прислушиваюсь к своему организму. Тело чувствует себя отлично. Будто, пока я спал, мне выдали новое, ни разу не пользованное. В разуме больше нет никакого ощущения мути. Наоборот — кристальная ясность и чёткость.

Что ж, попробуем провернуть тот же самый алгоритм. Иду в ближайшую душевую для пациентов. Быстро принимаю душ, моюсь. Спать ложиться точно не собираюсь. Усталости и потребности нет. Получается, что проснулся раньше всех, но это совсем не страшно.

Переодеваюсь. Случайно задеваю информер — тот падает на пол. Парень в кресле просыпается и подскакивает на ноги.

— А? Что? — приходит в себя. — Больной, вы куда собрались? — тихо спрашивает меня.

— Я не больной, — так же шёпотом отвечаю парню, — есть хочу, пойду в столовую.

— А! Точно! Ты же ассистировал Константину Ивановичу, — вспоминает тот.

— Да, да, — киваю ему. — Именно так. Скоро вернусь.

— Хорошо, — отвечает парень и опускается обратно в кресло.

Забираю с собой всё, что было с собой, включая револьвер. Здесь уж точно нельзя быть ни в чём уверенным.

Тихо, чтобы не разбудить раненых, выхожу в коридор. Готовлюсь к привычной пустоте и одиночеству. Ничего подобного — мимо то и дело пробегают сонные старшекурсники. На меня посматривают с удивлением, но с вопросами не лезут.

Дохожу до столовой и дергаю дверь. В этот раз всё получается — на ночь никто её не закрывает. На раздаче стоит знакомая дамочка — поправляет тарелки и вытирает стойку.