Книга Моя Академия 2, страница 31 – Евгений Син, Валерий Листратов

— Получается, ты первый, кому физрук назначил обещанную неприятную работу у целителя? — задаю вопрос.

— Я? Да ну нет, что ты, — смеётся парень. — Тебя же не было целых четыре дня. Я помню. Только ты пришёл, и нас повели на тропу.

Его передергивает от воспоминаний. У меня складывается ощущение, что у моего одногруппника имеется небольшое досье чуть ли не на каждого.

— Физрук уже назначал несколько человек. Синегорского в первую очередь, — хмыкает Кормак. — Ничего там такого нет. Пилюлькин нормальный мужик. Физически поработать в целительской не так сложно. Иногда надо постоять манекеном, чтобы он настроил тот или иной артефакт, иногда помыть колбы или пробирки из-под витаминных коктейлей. В последний раз мы с девчонками ходили. Попросил разобрать многотомники по темам.

— То есть ты не в первый раз? — уточняю.

— Конечно, не в первый, — ухмыляется парень так, будто это почетно. — За первые четыре дня я там два раза побывал. Просто направлял не физрук.

Снова сверяюсь с кроками. Мы почти доходим до нужной двери. Кормак хлопает меня по плечу.

— Я, правда, удивлён, что ты вроде нормальный парень, Ларик, — обращается он ко мне.

— А почему ты думал, что я ненормальный? — удивляюсь.

— Ну как, весь такой с револьвером ходишь, на вопросы преподов постоянно отвечаешь как ботан, — делится своим мнением Кормак. — Думал, очки в комнате зарабатываешь.

Понимаю, что со стороны именно так все и выглядит. Только в процессе совсем не задумываюсь о том, что скажут другие. У меня свои приоритеты.

— Просто пытаюсь разобраться, что и как тут происходит, — говорю как есть.

Кормак у меня тоже особого отвращения не вызывает. Немного зазнался, но оно и понятно: в группе он негласный лидер, с заданиями справляется лучше остальных, да и первое место на тропе никто не отменял.

— В смысле — разобраться? — спрашивает парень.

— Я многого не помню после того, как попал под прорыв, — спокойно делюсь вообще несекретной информацией. — Любые ответы на вопросы помогают мне вспомнить и понять, что происходит вокруг.

— Сочувствую, — совершенно без удивления отвечает парень. — В последнее время прорывов стало заметно больше. Да и по времени короче. День-два и схлопываются. Остаются только разрушения, и больше ничего хорошего. Слышал, будто наши маги потеряли контроль над ситуацией. Но такого быть, конечно, не может, — размышляет. — Правда, про выживших при таких прорывах не слышал. Повезло тебе. Так что хорошее дело, не отчаиваешься. Наши подумали, что ты выслужиться хочешь, — тоже, абсолютно не скрывая, признается Кормак.

Мне его открытость нравится. Она вполне может быть напускной, если парень решил подобраться ко мне поближе. Доверять ему, как себе в любом случае не спешу. Надо разобраться.

— Не знаю, у меня такой цели нет, — говорю.

— Ладно, пришли, — отвечает Кормак, как только мы подходим к нужному кабинету. — Ларик, давай. Вряд ли нас вместе поставят на отработку.

Открываю дверь в целительский кабинет.

— О, посмотрите, кто к нам пожаловал. Снова Кормак! — усмехается Пилюлькин. — Проходи. Свою зону ответственности ты знаешь. Можешь приступать. Тряпка вон, — снова смеется.

Кормак тоже улыбается, будто всё идет так, как ему нужно, и идет к шкафам.

— Ларион, рад, что вы не проигнорировали моё предложение, — искренне радуется целитель. — Так, Кормак, ну куда ты опять пошел? У тебя ещё с прошлого раза остались недомытые пробирки. Вон в том углу. Можешь не стараться, они не разобьются. Сверхпрочное зачарованное стекло — моя гордость.