Книга Моя Академия 1, страница 121 – Евгений Син, Валерий Листратов

— Или так, — подтверждаю.

Это соображение тоже приходит мне в голову.

Оборачиваюсь на тихие звуки… Нет, у нас не все в порядке. Так оставлять команду нельзя…

— Аглая, смотри на меня, — подхожу к девушке.

Она без остановки повторяет бессмысленный набор звуков. Слова еле слышно, но истерика не заканчивается, и я это вижу. Встряхиваю девушку так же, как это делал Марк — она сразу фокусируется на моих глазах.

— Посмотри на меня, — говорю ей. — Что ты видишь? Какого цвета моя одежда? Какого цвета волосы?

Взгляд Аглаи проясняется.

— А теперь закрой глаза и представь, что ты сейчас находишься в синематеке и просто смотришь фильм, — продолжаю. — Представила? А теперь отойди и посмотри на себя со стороны. Видишь себя в зале? Ты одна. Перед тобой экран.

Девушка открывает глаза и смотрит на меня испуганно, непонимающе.

— Так надо, — убеждаю.

Не знаю почему, но Аглая следует моему совету. Снова закрывает глаза, напрягает мышцы лица. Представляет. С посттравмой я в своей жизни успел поработать. Для начала нужно вывести девчонку из переживания в наблюдение, а дальше она сама себе поможет.

Девушка перестаёт шептать, немного расслабляется.

— Отлично, — говорю ей. — А теперь рисуй глазами знак бесконечности. Много рисуй! *

Ничего не происходит. Аглая снова не слушает. Встряхиваю её за плечи. Зрачки под веками послушно выписывают знак бесконечности.

Мне в своё время эта штука помогла. Судя по поведению Аглаи, пять минут назад у неё случился нервный срыв. Ситуация сложная, но поправимая. Не подумал бы, что она склонна к такому. Казалась просто импульсивной. Упражнения должны помочь облегчить давление на психику хотя бы ненадолго.

Мы ведь сейчас все в одной лодке.

— Всё, отпускай, — говорит Аглая и открывает глаза.

Марк всё это время тихо стоит рядом, как тень. Видно, что парень готов прийти на помощь, если попросить. Сам со своими советами не лезет, только наблюдает. Совершенно никакой агрессии в мою сторону. Видимо, понимает, что всё делается правильно и только во благо.

— Кажется, я зациклилась, — отрывисто говорит девушка. — Спасибо. Давно со мной этого не случалось. Откуда ты знаешь, как помочь?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Видимо, прочитал где-то.

— Спасибо, Ларик, — впервые девушка называет меня по имени.

После этого случая нервных выбросов со стороны Аглаи происходит значительно меньше. Правда, более комфортным человеком от этого она не становится. Просто наводит меньше суеты.

— Девчонки, вы такие молодцы! — оборачиваюсь к Марине и Олесе.

Обе были готовы вступить в схватку с диким деревом. И это вполне тянет на подвиг — они же видели, что результат не очень, но не отступили, собрались. Рыжая нервно сглатывает, но не показывает испуг. Олеся смотрится на её фоне более уверенной.

— Мы все молодцы, — подтверждает тёмненькая.

Олеся постоянно незримым образом сплачивает команду. То слово нужное скажет, то придумает тему разговора, которая всем близка.

— Так, господа и дамы, пять минут перерыва, можем развести костёр, — показываю на сухое дерево. — Вот, например, из него.

— Почему бы и нет? — Макс проверяет с помощью амулета уровень демонизации существа. Амулет показывает нулевой процент.

Разводим небольшой костёр из сухого дерева. Горит оно охотно. Деревяшки сгорают, почти не чадя, будто их сушили до этого пару лет при нулевой влажности. Горят хорошо, быстро дают угли. Вот только пожарить на них нечего.