Книга Загадка Версальского дворца, страница 23 – Адриен Гётц

— Мадемуазель Брёй, кстати, о неприятном. Остались ли в ваших наводящих уныние папках какие-то диковинки, которых я еще не видел?

— Китайский миллиардер, который хочет финансировать наши культурные проекты.

— А чем нам это грозит? В Версале всегда принимали меценатов с распростертыми объятиями. Вчера Рокфеллер, завтра китаец.

— Мне сказали, что он убийца.

* * *

В ту же минуту раздается сирена. Вокансон выглядывает из окна, в комнату врывается холодный воздух.

— Дождь пойдет; чувствую, что погода с каждым днем ухудшается. Двухтысячный год все выводит из строя, начиная с моих колен. Делонкль прав, «проблема миллениума» завелась у меня именно там…

— Надеюсь, вы не отправитесь тоже лечиться в Дакс?

— До чего нахальная девица! Посмотрите на улицу. Полицейская машина едет к садам. Вы что-то знаете?

— Найден труп в бассейне фонтана Латоны.

— Могли бы хоть словечком обмолвиться. Позволили мне строить шута горохового перед этим кретином!

И Алоис Вокансон, повернувшись спиной к большому зеркалу, разражается хохотом.

Вандрий хочет предупредить Пенелопу, пока новость не появилась в прессе: государство – это он. Тем хуже, если он нарушит расписание встреч хранительницы. Он паркуется на Оружейной площади. Бросает влюбленный взгляд на свою «MG» «цвета мака», как поэтично выразился продавец в автосалоне, идет на приступ дворца, проходит через парадные ворота, напевая «Ah! ça ira»^[73], минует полицейское оцепление. Вход в сады только что перекрыли. Подтянувшиеся из города туристы начинают расходиться, недовольно бурча, – это те, кто не знал, что по понедельникам дворец закрыт, и рассчитывал хотя бы прогуляться по садам.

Группа пенсионеров, продвигаясь с черепашьей скоростью, застревает в центре двора, осыпая бранью бестолкового сопровождающего, который даже не удосужился проверить часы работы музея. На пороге павильона Дюфура Пенелопа бросается в объятия взлохмаченного плейбоя в строгом официальном пиджаке, но без галстука.

— Вандрий, правильно сделал, что приехал раньше. Закончил свою колонку?

— Да, довольно провокационную… Сначала разбираю моду на одежду секонд-хенд, пылесосы без мешков-пылесборников и исчезновение телефонов из автомобилей, затем плавно перехожу к сексу и экологии.

— Придется поставить тебя под ледяной душ, чтобы привести в чувство. Пойдем со мной в сад, там утром нашли труп, президент решил, что ему не стоит появляться лично, но попросил, чтобы я обо всем доложила ему через четверть часа. Боюсь, зрелище не из приятных…

— Пенелопа, я мужчина, не забывай. А тебя не волнует, что самая красивая площадь Франции превращена в парковку? Это, конечно, удобно, но представь, как было бы красиво, если бы тут не крутились автобусы, – три проспекта, Оружейная площадь, фасад дворца? Хорошая тема для моей колонки.

— А ты поможешь мне выкопать подземную парковку? Знаешь, Людовик Четырнадцатый об этом думал: он велел построить две конюшни, Большую и Малую^[74].

— На вид они совершенно одинаковые по размеру!

— Так и есть. Невероятно, смотрю на них каждый день, знаю, что правая – Большая, но это никогда не бросалось в глаза.