Книга Пан Станислав. Атаман, страница 104 – Максим Мацель

В один миг пришли ответы на старые вопросы. Больше не нужно было ломать голову, почему на Дону все происходит именно так. По-другому здесь быть не могло. Действия всех донцов – от рядового казака до войскового атамана – стали ясны. Чужака испытывали на излом, и он этот излом прошел.

Дикое Поле распахивало перед ним двери. Ломались невидимые запоры, не подпускавшие его раньше к казачьим делам. Земля брала его под защиту. Теперь жизнь шляхтича Булата не принадлежала ему одному. Она связалась, сроднилась с этим полем. Страхи, сковывавшие его в Петербурге и Черкасске, слетели, как сухая короста со старого пня.

Стас издал короткий, рокочущий крик, раскинул руки и с силой послал коня вперед, пуская его во весь опор. Васька Черный от неожиданности придержал своего жеребца, удивленно и дико зыркнул на шляхтича, но тут же пришпорил коня, выравнивая ход. Две тени ходко пошли вглубь степного простора, держа курс на переволоку.

— Здесь подожди, Васька. – Они оставили коней в глубоком овраге недалеко от зиявшего лаза. – Один схожу, огляжусь. Если кто, случаем, объявится, знак подай.

— Какой знак, атаман? Да разве ты услышишь чего в этой могиле?

— Ладно, по обстановке действуй. Я скоро обернусь.

Стас двинулся к пещере, на ходу обрывая сухие жесткие стебли, чтобы соорудить факел. Пройдя немного вглубь, он начал высекать огонь, но внезапно замер. Дым? Или почудилось? Неужели там кто-то есть? Странно, лошадей и следов они не видели. Хотя земля сухая, а кругом полно лощин, так что можно и целому отряду укрыться. Стас оставил факел и достал свой терцероль. Он отстегнул саблю с пояса, чтобы та не звенела, и очень медленно, на ощупь, давая глазам привыкнуть к темноте, посунулся вперед.

Широкий проход плавно сворачивал вправо. Держась стены, шляхтич следовал дальше. Тьма стояла полная. Вскоре и шум ветра, ранее доносившийся снаружи, вовсе стих. Дышать стало труднее. Стас слышал только мягкое шуршание песка под ногами. Ход оказался совсем не таким длинным, как ему представлялось. Вдруг стало светлее. Через десяток шагов он увидел слабое мерцание огня, и спустя несколько секунд Стас смог различить сидевшего на корточках спиной к нему человека. Тот пытался рассмотреть в свете торчавшего в расщелине стены факела стопку свитков. Карты! Да и незнакомца шляхтич узнал. Ошибиться в обладателе огромной спины и бугаиной шеи было невозможно.

— Не притомился, а, Буда? – В тишине щелкнул взводимый Стасом курок.

— Тьфу, напугал, поляк. – Буда дернулся от неожиданности. – Будто вор крадешься.

— Ты, Буда, ручки-то подними. Я помню про твой пистоль, который ты всегда заряженным держишь. Не думай дурить со мной. Продырявлю.

— Тиша, Станислав. Я тебе не враг. Энти, что ли, карты ты искал, по степи кружа?

— Энти-энти. А еще того, кто за ними придет.

— Ну, вот он я. Дале чаво?

— Рассказывай.

— Об чем?

— Как французы тебя купили.

— Ты, Станислав, видать, головой тюкнулся. Аль булава тебе атаманская на темечко свалилась и маненько пришибла, разум помутимши?

— Ты карты рисовал?

— Ты карты те видал, поляк? Какие в них вензельки выведены? Почище, чем в царской грамоте дьяк изгаляется. А теперь на руки мои глянь. У меня палец, ровно твое плечо.

Внезапно у Буды в руке сверкнул пистолет. Стаса оглушило от выстрела в замкнутом пространстве. Всю пещеру заволокло едким дымом. Когда пороховое облако рассеялось, Стас увидел стоящего над Будой Черного. У Буды было прострелено плечо.