Книга Умереть для коллекции, страница 109 – Питер Джеймс

Шампанское будет позже.

— Войдите, – услышав стук в дверь, сказала Элисон Воспер.

Одежду для этой встречи Кассиан Пью подбирал очень тщательно. Самый строгий синий костюм, лучшая белая рубашка, любимый галстук с голубыми и белыми геометрическими узорами. И так сильно надушился «Этернити» от Кельвина Кляйна, что казалось, будто его мариновали в этом одеколоне.

Всегда можно сказать, когда у тебя с другим человеком есть какая-то незримая связь, и Пью знал, что с этой конкретной дамой, помощником главного констебля, она возникла в самую первую их встречу. Это случилось в январе на конференции столичной полиции, посвященной борьбе с терроризмом и исламской угрозой в городах Британии. Он сразу ощутил, что между ними существует нечто большее, чем просто взаимное сексуальное влечение. Он был совершенно уверен, что причина, по которой она с таким энтузиазмом и усердием поощряла его переход в Главное управление уголовного розыска Суссекса и способствовала его повышению до детектива-суперинтенданта, была в том, что у нее есть виды на некие внеслужебные с ним отношения.

И это, разумеется, вполне понятно. Пью прекрасно знал, как понравиться женщинам. И на протяжении всей своей карьеры всегда фокусировался только на женщинах, занимающих руководящие должности в полиции. Не все были податливыми; некоторые почти ничем не отличались от своих коллег-мужчин, это даже мягко говоря. Но изрядный процент составляли обычные женщины, умные, сильные и при этом ранимые. Надо лишь нажать на нужные кнопки.

Поэтому холодность реакции помощника главного констебля, когда он вошел в ее кабинет, была для него тем более удивительной.

— Садитесь, – произнесла она, не поднимая глаз от множества утренних газет, разложенных у нее на столе веером, как карты в покере.

— Спасибо, – проворковал Пью.

Но на холодном лице не появилось даже тени улыбки. Сидя за огромным столом из розового дерева, она продолжала читать статью в «Гардиан», держа подчиненного на расстоянии вытянутой наманикюренной руки.

Пью опустился в черное кожаное кресло. Хотя прошло четыре месяца с тех пор, как такси, в котором он ехал, столкнулось с угнанным фургоном, сломав ему левую ногу в четырех местах, ему все еще было тяжело долго стоять. Но он никому об этом не говорил, не желая рисковать своей будущей карьерой, боясь, что его станут считать полуинвалидом.

Элисон Воспер продолжала читать. Пью разглядывал фотографии в рамках, на которых был снят ее муж, грузный, бритоголовый полицейский на несколько лет старше ее, и двое их сыновей в школьной форме и довольно дурацких очках.

На стенах висели сертификаты в рамках с ее именем и пара старых гравюр с изображением Брайтона: на одной ипподром, а на другой давно исчезнувший цепной пирс.

Зазвонил телефон. Элисон Воспер наклонилась вперед и уставилась на экран, затем взяла телефон с подставки и рявкнула:

— У меня сейчас люди, перезвоню, – положила телефон на место и продолжила чтение, потом вдруг спросила, не отрывая глаз от газеты: – Ну и как у вас дела?

— Пока все идет прекрасно.

Она бросила на него быстрый взгляд, и он попытался его удержать, но она почти сразу же посмотрела куда-то на край стола. Протянула руку, взяла несколько листов какого-то распечатанного отчета и принялась его листать, словно пыталась что-то там отыскать.