Книга Ночь перед ноябрем, страница 55 – Алиса Джукич

Дэмиен ничего не отвечал, прижимая Арию к стене всем телом, чтобы она не сбежала. Его лицо хмурилось, а зрачки метались, точно в мыслях он взвешивал все «за» и «против».

Вторая рука Дэма застыла возле ее щеки, не касаясь кожи, но будто посылая к ней импульсы. И Арию прорвало:

— Не делай из меня дуру, Гарсия! Ты лживо ласков лишь потому что догадался, что не безразличен мне, поэтому играешь со мной, притворяешься, что тебе на меня не все равно, чтобы в конце нанести самый болезненный удар: уехать в Англию и там наконец обрести счастье с другой. Признаюсь, план по разрушению мой души – супер. Ты ведь этого все годы добивался? Молодец, сегодня твоя взяла! Ты буквально растопчешь меня…

Тело Дэмиена обратилось в камень. Ария позорно всхлипнула – у нее закончился кислород в легких. Некоторое время Гарсия бездействовал на исповедь девушки, а потом вдруг в своей любимой резкой манере спросил:

— Закончила?

— Что? – не поняла Ария, и еще один всхлип сорвался с ее губ.

— Свою грандиозную речь. Про план уничтожения, про Англию, про счастье с другой. – В фразах Гарсии не звучала насмешка. Только незнакомая усталость и обреченность. – Ты все высказала?

Ария растерянно кивнула.

— Нет никакой другой, Ри-ри…

Девушка резко повернула голову. Ее сердце бешено колотилось, а мозг начал лихорадочно подкидывать воспоминания и сопоставлять факты, однако Ария не верила даже самой себе.

— Ты блефуешь, Гарсия, – ядовито выплюнула она, ощущая влагу на щеках и ресницах.

Дэмиен мрачно усмехнулся.

— Ладно, Ария. Если ты не веришь словам…

Он наклонился и поцеловал ее, обжигая губы Арии, подобно терпкому дорогому вину. Девушка вмиг позабыла о том, что прижата к стене на богом забытом чердаке с призраками, и полностью отдалась во власть ощущений. Но Дэмиен не стал разжигать между ними неистовое пламя, как делал это в ванной, – он, наоборот, гасил его нежностью и ласковыми касаниями ее губ своими. И сквозь дым угасшего огня он раскрывал сердце, шепча Арии самые искренние признания.

— Я не играю, Ри-ри. Я, скорее, ломаюсь сам рядом с тобой, пытаясь не сойти с ума от давно разрывающих меня противоречивых чувств. В детстве я тебя и правда ненавидел. Завидовал, что мои родители относятся к соседской девчонке лучше, чем к собственному сыну.

Дэмиен провел кончиком языка по нижней губе девушки, заставляя ее затрепетать в ожидании большего.

— Годами я наблюдал за тобой, пытаясь понять: что в тебе такого особенного, почему все вокруг в тебя сразу влюбляются? На мой взгляд, ты была обычной сиротой с миловидной внешностью. Пока сам к тебе не прикипел, впустив в сердце твою робость, обаяние и стремление к справедливости. Не стал тобой одержимым… Но я понимал: если признаюсь – сломаю тебе жизнь. Я не знал, как правильно любить – меня ведь не научили. Подростком, а позже в старшей школе, я понял, что близость с девушкой не всегда равна любви, поэтому и пошел во все тяжкие, доказывая себе, что хоть кому-то нужен. И чтобы не уничтожить тебя, не влюбить в чудовище, притворялся, что ты меня раздражаешь. За ненавистью легче всего спрятать любовь. А я к тому времени так устал идти сложными тропами…

Ария, кажется, забыла, как дышать, пока Дэмиен это рассказывал и все сильнее вдавливал ее в стену.

— Как-то я обмолвился Ви-ви, что болен тобой, что сколько бы ни пытался встречаться с другими девушками, забываясь в их объятиях, не мог выкинуть тебя из головы. Сестра поклялась не вмешиваться и никогда не посвящать тебя в мои секреты, но, видимо, не устояла перед искушением вернуть брату должок за все горькие годы и пригласила меня сюда, столкнув в одном месте наши судьбы.