Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 15 – Дэшил Хэммет

— И еще мисс Уондерли звонила.

— Давно пора. Что она сказала?

— Хочет с тобой встретиться.

Девушка взяла лист бумаги со стола и прочитала карандашную заметку на нем:

— Она в апартаментах «Коронет» на Калифорния-стрит, номер тысяча первый. Спросить мисс Леблан.

— Дай-ка сюда, – протянул руку Спейд.

Взяв листок двумя пальцами, он вытащил зажигалку, щелкнул ею, поджег листок и держал, пока тот не превратился в скукоженную черную труху. Тогда Сэм бросил ее и растер подошвой по линолеумному полу.

Девушка наблюдала за этими действиями с явной укоризной во взгляде.

Он усмехнулся, сказал:

— Вот так, дорогая, – и вышел.

Мисс Уондерли в зеленом шелковом платье, подпоясанном ремешком, сама открыла дверь номера 1001. На лице ее горел румянец. Темно-рыжие волосы, разделенные пробором с левой стороны и свободными волнами ниспадавшие на правый висок, были слегка взъерошены.

Сняв шляпу, Спейд произнес:

— Доброе утро.

В ответ на его улыбку она тоже слегка улыбнулась уголками губ. Но ее синие, почти фиолетовые глаза по-прежнему глядели тревожно. Она опустила голову и сказала тихим, робким голосом:

— Входите, мистер Спейд.

Она провела его мимо открытых дверей кухни, ванной и спальни в кремово-красную гостиную, бормоча извинения:

— Все вверх дном. Я еще даже не все вещи распаковала.

Она положила его шляпу на стол и села на козетку орехового дерева. Спейд расположился напротив нее на обитом парчой стуле с овальной спинкой.

Она уставилась на свои крепко сплетенные пальцы и сказала:

— Мистер Спейд, я должна сделать ужасное… ужасное признание.

Спейд молча изобразил вежливую улыбку – втуне, поскольку она не поднимала глаз и ее не увидела.

— Та… та история, которую я вам вчера рассказала, была всего лишь… выдумкой, – пробормотала она и наконец подняла на него несчастные, испуганные глаза.

— Ах, это, – беспечно сказал Спейд. – Да мы в нее не очень-то и поверили.

— Значит… – К печали и испугу в глазах добавилось недоумение.

— Ваши две сотни долларов оказались вполне достойны доверия.

— Вы имеете в виду, что?.. – Похоже, она действительно не понимала.

— Я имею в виду, что вы заплатили нам гораздо больше, чем если бы рассказали правду, – вежливо объяснил он, – и этого вполне хватило, чтобы мы приняли все как должное.

Ее глаза вдруг загорелись. Она даже привстала с козетки, снова села, разгладила юбку и, подавшись вперед, выпалила:

— И даже теперь вы не откажетесь?..

Спейд упреждающе поднял ладонь. Верхняя часть его лица хмурились. Нижняя улыбалась.

— Зависит от обстоятельств, – сказал он. – Но вопрос вот в чем, мисс… как вас все-таки величать – Уондерли или Леблан?

Зардевшись, она пролепетала:

— На самом деле я О’Шонесси… Бриджид О’Шонесси.

— Вся загвоздка, мисс О’Шонесси, в том, что пара убийств… – он поморщился, – подряд, как в нашем случае, обычно всех поднимает на уши. Полиция усердствует, так что все усложняется и требует больших расходов. Это вам не…

Он умолк, потому что она перестала слушать и просто ждала, пока он договорит.

— Мистер Спейд, скажите мне правду. – Ее голос дрожал на грани истерики, глаза безумно метались, лицо выражало отчаяние. – Я виновата в том… в том, что случилось ночью?

Спейд покачал головой.

— Нет, если только вы ничего от меня не скрываете, – сказал он. – Вы же предупреждали, что Тёрсби опасен. Конечно, вы солгали насчет вашей сестры и всего остального, но это не имеет значения – все равно мы вам не поверили. – Он пожал могучими плечами. – Не думаю, что это ваша вина.