Книга Дурные намерения, страница 110 – Элли Риверс

До стирки руки не доходили давненько, поэтому все подходящие для сна футболки отправились в корзину с грязным бельем. Оставалась лишь тонкая розовая сорочка.

Далеко не идеальный вариант.

Прихватив ее, я пулей метнулась в ванную. А натянув через голову, обреченно простонала: соски опять предательски проступали сквозь ткань.

— В общем, — проронила я, скрестив на груди руки и возвращаясь в спальню. — Назрела та же проблема, что и в первую ночь.

Взгляд Леви скользнул по моей фигуре и прикипел к груди. Слава богу, ткань все же скрывала самое главное.

— А разве это проблема?

— Заткнись, — буркнула я, густо покраснев, и нырнула под пушистое одеяло, прячась от глаз Леви. — И не вздумай пялиться.

— Поздно.

— Ненавижу тебя.

— Правда? — лукаво переспросил он, теперь уже глядя мне в глаза.

— Нет, конечно. Просто неловко.

— Тебе совершенно нечего стесняться.

Я перевела взгляд на стену.

— Не то чтобы я сильно закомплексована, просто прекрасно понимаю: до героинь любовных романов далеко. У меня отнюдь не нулевой размер. На бедрах остались растяжки еще с подросткового возраста, а на голове половину времени творится пушистый кошмар. Да и подпускать к себе людей настолько, чтобы завести нормальные отношения, я так и не научилась, поэтому в жизни видела лишь сплошное равнодушие со стороны родных.

— Начнем с того, что, когда Изра наконец-то тебя увидела, первым делом спросила, как удалось отхватить такую красотку.

— Ой, да брось. Можно подумать, я для тебя слишком хороша.

— Она помнит меня еще со средней школы. Такое зрелище, наверное, намертво врезалось в память.

— Она вообще производит впечатление женщины, которая ничего не забывает.

— И тем не менее факт остается фактом. Ты потрясающая, Эми. И если бы только могла взглянуть на себя моими глазами, то сразу поняла бы почему.

— Правда?

— Я бы ни за что не стал врать.

— Спасибо, — отозвалась я, едва заметно улыбнувшись. — Но бесплатно пялиться на мою грудь все равно не разрешу.

— Я готов это заслужить, если только пожелаешь.

От этих слов по позвоночнику скользнула приятная дрожь. После медового месяца мне отчаянно хотелось большего. И хотя это шло вразрез с голосом разума, отрицать свои желания не могла.

— Вот и посмотрим, как ты будешь вести себя ночью.

— Обещаю быть пай-мальчиком. Ну, в своем понимании этого слова.

Подавшись вперед, Леви запечатлел на моих губах целомудренный поцелуй, после чего отстранился и вернулся на свою половину кровати.

Я проснулась от прикосновения чьей-то ладони к спине, а над макушкой тут же раздался тихий выдох. Чувство было такое, словно подошел к концу очень приятный сон — из тех, в которых я не страдала от одиночества.

Вот только на сей раз сказочное чувство уюта оказалось реальностью.

Голова уютно покоилась на его теплой груди, а нога собственнически перекинулась через бедро. Всем телом я тесно прижималась к Леви.

От резкого напряжения в горле перехватило дыхание. И в ту же секунду его ладонь успокаивающе заскользила по моей спине.

— Все хорошо, Эми. Не переживай.

— Что стряслось? — выдохнула я. — Как мы опять к этому пришли?

— Ночью ты сама перебралась на мою половину.

— Мог бы и отодвинуть.

— Нет, не мог, — с низким смешком отозвался он.

— Сильно не обольщайся. Просто это самая удобная половина, — бросила я и резко села, пытаясь скрыть полыхающие щеки и не слишком зацикливаться на его словах.