Книга Искатель 28, страница 77 – Сергей Шиленко

Его лицо исказила уродливая гримаса ненависти. Он сжал плечо девочки так сильно, что та снова громко заскулила.

— И если я только заподозрю… Если увижу хоть малейший намёк на то, что ты пытаешься выкинуть какой-нибудь фокус, — выплюнул он, сверля меня полыхающим ненавистью взглядом, — то сам будешь рассказывать старшей Сарисе, почему по твоей вине сдохла её милая маленькая…

Кинжал Малина дёрнулся, едва не распоров нежную кожу на шее Сарисы, когда чьи-то невидимые руки попытались перехватить смертоносное лезвие. Секундой позже девочку подхватили другие невидимые руки, кто-то из наших скрытников прикрыл её своим телом и быстро потащил прочь, к массивным дверям.

Воздух пошел рябью, и Селина вырвалась из невидимости, отчаянно борясь с тощим гномом. Малин хрипло рычал, брызгая слюной, и изо всех сил старался вонзить свой легендарный Искатель сердец в грудь беловолосой лисы.

Я рванул вперёд и с разбегу обрушился на ублюдка, впечатав его в холодный каменный пол и ненадолго оглушив.

Вместе с Селиной мы скрутили ему руки, вырывав рукоять чёртового кинжала из намертво сжатых пальцев. В этот самый момент в зал с грохотом хлынул поток крестоносцев. Перевернув визжащего гнома на спину, дополнительно зафиксировавали его руки и ноги.

Только теперь, когда заложница была в безопасности, а ситуация наконец разрешилась, я смог как следует разглядеть Малина Медобрука, лидера Консорциума, великого тирана, державшего в страхе половину Шалина.

Его аристократическое лицо осунулось и заострилось, напоминая обтянутый кожей череп. Глаза ввалились, превратившись в тёмные ямы с воспалённой красной каймой, в глубине этих провалов лихорадочно блестели глаза. Гном сверлил нас взглядом безумца, загнанного в угол.

Изысканная тёмно-синяя мантия висела на нём как на вешалке, не в силах скрыть крайнюю степень истощения, ноги, обутые в дорогие туфли, яростно били по полу. Грудь ходила ходуном, он со свистом хватал ртом спёртый воздух подземелья. Даже эта короткая стычка высосала из него все силы, оставив лишь дрожащую жалкую оболочку.

Возможно, он даже вызвал бы у меня каплю жалости, если бы мы только что не прошли по залам, усеянным сотнями трупов, телами тех, кого он пустил в расход собственными руками или приказами, и если бы только что не видел собственными глазами, как этот кусок дерьма держал нож у горла собственной дочери.

Я стиснул зубы. Правая нога дернулась сама по себе, до одури желая проломить этому мерзкому ублюдку рёбра, и чувство это стало почти невыносимым, когда Малин вдруг перестал брыкаться, обмяк в нашей хватке и, скривив губы в жуткой улыбочке, уставился на меня своим мертвым взглядом.

— И что теперь, Крылов? — прохрипел он, сплевывая кровь. — Возьмешь Искатель сердец и перережешь мне глотку?

— Думаешь, всё так просто, Медобрук? — холодно ответил я, наблюдая, как Белла деловито проверяет путы тощего гнома. — Ты мозг Консорциума, центр всей этой гнилой паутины, и мы выкачаем из твоего извращенного разума абсолютно всю информацию: имена всех твоих союзников, расположение тайных активов. Откопаем документы по каждой коррупционной сделке и каждому грязному делу. Твои же знания станут гвоздями в крышку гроба твоей империи, мы уничтожим Консорциум до самого основания.