Книга Хороший день для шардоне, страница 131 – Даринда Джонс

Она попыталась сглотнуть, но воспоминание поглотило ее. У нее перехватило дыхание, и она закашлялась, но лишь слегка.

Он опустил бутылку и облизал губы, изучая ее губы. В голове промелькнул образ ее спасителя пятнадцать лет назад — капюшон и тени, скрывающие его лицо. Он держал ее так же. Рука, закинутая за спину, поддерживала ее. Большая рука обхватила ее шею. Бутылка у ее губ, прохладная и влажная, прижатая к ее горячему рту. По всему телу разлилось тепло.

— Что ты делаешь? — спросила она тихим шепотом.

— Есть только две вещи, которые удержат их внимание на нас, пока твоя команда догоняет их. Либо мы сражаемся, либо трахаемся.

Она тяжело сглотнула.

— Ты предполагаешь, что в данный момент у них нет снайперской винтовки, направленной нам в голову.

— Они явно хотят этого ребенка. Зачем же им пускать все на самотек?

— Ладно. Мы сражаемся.

Его взгляд прошёлся по ее лицу. — Трусишка.

Она подумала, не поспорить ли с ним, но он был прав. В его глазах сверкало желание, когда он смотрел на нее сверху вниз. Либо он был невероятным актёром, либо тоже не упускал возможности.

— Мы должны начать драться прямо сейчас, — сказала она с придыханием.

— Я последую твоему примеру.

Подумав еще минуту над его альтернативным планом и представив, как её губы касаются его губ, она встала лицом к нему и закричала:

— Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что мои волосы никогда не были моей сильной стороной? Что не так с моими волосами? — она постаралась сделать несколько гневных движений, не слишком их преувеличивая. Ей нужно было продать его, а не превратить в водевиль.

Он отступил назад. Принял ее. Затем действительно последовал ее примеру. Однако, в отличие от нее, он остался верен своему характеру, не проявив никакой реакции, кроме едва заметной ухмылки. Он жестом указал на предмет их спора, он же — самое слабое место во всем ее существе, и сказал,

— Просто она такая светлая.

Она уставилась на него.

— Слишком светлая?

— И некрасивая.

— Прости?

— И анемичная.

Он действительно думал об этом. — А волосы вообще могут быть анемичными?

— Очевидно.

Шутливый оттенок его губ вызвал кратковременный сбой в работе синапсов Сан. Она мысленно перезагрузилась и спросила:

— И что ты предлагаешь мне с этим делать?

Он поднял плечо.

— Не знаю. Ты никогда их не распускаешь, так что трудно сказать.

Она сделала свое лучшее вращение в мыльной опере и вихрем метнулась от него. Удивительно, что в Голливуд еще не постучались.

— К твоему сведению, я сотрудник правоохранительных органов. Французские косы обычно безопаснее, чем хвосты или даже пучки, поэтому я их заплетаю. — она повернулась к нему спиной. — А ты любишь поговорить. Как именно ты называешь это бедствие?

Она указала жестом на его густые тёмно-русые волосы, те самые, за которые она отдала бы свою левую почку, лишь бы провести по ним пальцами, и догадалась:

— Снежный человек?

— Ты хочешь сказать, что меня нужно подстричь?

Она остановилась перед ним и наклонилась так, что они оказались нос к носу.

— Тебе нужно подстричься.

Это был самый нелепый аргумент в её жизни. Ей следовало бы придумать что-нибудь получше, чем спорить о волосах, но какая-то её часть задавалась вопросом, действительно ли он так считает. Очевидно, ей нужно чаще наносить кондиционер. Может быть, слегка подкрутить волосы.