Книга Хороший день для шардоне, страница 96 – Даринда Джонс

— Человека, которого я убил? — поправил он. — Нет в нем, если ты об этом. Они сожгли его дотла на заброшенном складе недалеко от Лас-Вегаса.

— Они не ушли далеко, — сказала она, удивляясь, что никто не сообщил об этом. Лас-Вегас, штат Нью-Мексико, находился всего в сорока пяти минутах езды от Дель-Соль, и пожары в этом засушливом штате не воспринимались легкомысленно.

— Это значит, что они должны были выбросить тело где-то между Дель-Соль и Лас-Вегасом, но будь я проклят, если смогу его найти.

— Думаешь, они его закопали?

— Они бы не стали тратить время. Я запомнил номер, но сомневаюсь, что он принадлежал кому-то из нападавших.

— И ты уверен, что там не было тела?

— Я же говорю. Он бы истёк кровью за несколько секунд. Они выбросили тело, только я не могу найти, где. И со всей этой кровью у них не было выбора, кроме как сжечь улики.

Она кивнула.

— Мне понадобится эта бейсболка.

— Она в моем грузовике.

— Покрыта твоей ДНК.

Он пожал плечами, совершенно беззлобно.

— Куинси, ты не против?

Не разрывая зрительного контакта, Леви достал из кармана ключи и бросил их своему главному заместителю.

Когда он ушел, она протянула руку. — И нож.

Он полез в другой передний карман и достал складной охотничий нож. Она перешагнула через него, взяла пакет с уликами и открыла его.

— Есть ли причина, по которой ты взял это?

Он протянул ей нож.

— Кроме инициалов и замысловатой гравировки? Нет.

— Ты пытался отследить гравировщика.

Засунув его внутрь, он кивнул.

— Да.

— И?

— Художник из Денвера. Продал его на выставке, но инициалы были добавлены позже.

— У него была запись о сделке?

— Парень заплатил наличными.

— Черт побери.

Он опустил взгляд и спросил:

— Как Рыжая?

Она запечатала пакет и снова обошла его, чтобы положить на стол, не желая пока уступать ему место.

— Беспокоится о тебе.

Он прикусил губу, мышцы на челюсти напряглись.

— Мне очень жаль.

— Она обожает тебя.

Его взгляд вернулся к её.

— Это чувство взаимно.

От его признания в груди у нее расцвело тепло.

— Спасибо.

Он позволил благодарности смягчить его черты.

— Знаешь, даже со значком я не представляю для тебя реальной угрозы, Леви. И никогда не представляла.

Он насмехался.

— Шайн, ты — единственный человек на планете, который представляет для меня угрозу. — он раздвинул колени, как бы поощряя ее подойти ближе. — И ничто из того, что ты делаешь или говоришь, не изменит этого. Но за старание — дополнительные очки.

Под видом заботы она протянула руку и провела кончиками пальцев по синякам на его щеке, спустилась к поджарой челюсти и перешла к полному рту.

— Просто чтобы ты знала, — мягко сказал он, — у нас есть зрители.

Сан повернулась и увидела Зи, Салазар, Аниту и миссис Фэйрборн, которые смотрели на них через широко распахнутую дверь.

— О, черт, — сказала она, отшатываясь от него.

Она отряхнулась и выпрямилась.

— Спасибо, Леви. Не могу поверить, что я споткнулась.

— Они смотрят уже минут пять.

— Привет, миссис Фэрборн. Как продвигается исповедь? — снова спросила она, чувствуя дискомфорт в нервных окончаниях.

— Не так хорошо, как ваш допрос, — ответила миссис Фейрборн. Она подёргала бровями.

Зи сдержала ухмылку, наблюдая, как Салазар и Анита занялись бумажной работой.

Миссис Фэйрборн похлопала её по плечу.

Сан прочистила горло.