Книга Плохой день для Саншайн, страница 86 – Даринда Джонс

Даже не взглянув на нее, он взял тетрадь и положил её на полку позади себя.

— Нет.

— А можно мне почитать?

Он перестал распаковывать свои вещи, но все еще держал взгляд отстраненным.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Почему? Ты невероятный.

— Я халтурщик. Как и все остальные в Дель Соль.

Она протянула руку.

— Могу ли я быть судьёй в этом?

Он пожевал нижнюю губу, потом сказал:

— Нет, но если я когда-нибудь до этого дойду, ты будешь первой, с кем я поделюсь.

Разочарование охватило её, но она поняла. Нужно иметь мужество, чтобы открыть себя для критики.

— Договорились.

Затем, чтобы разрядить обстановку, предложила домашнее задание.

— Хорошо, ты когда-нибудь воровал конфеты в продуктовом магазине?

— Нет, — сказал он. — Это были жевательные мишки, и это было на заправке.

Она рассмеялась, и таким образом началось интервью.

Пока Прайс собирал информацию в «Квик-Марте», Зи принесла Сан её макиато, а затем отправилась за свой стол, чтобы изучить каждый сантиметр отснятого материала.

Сан изучала письмо. Снова. Как будто она его не выучила наизусть. Затем она открыла дневник и начала с первой страницы.

Сибил была такой невинной. Слишком молода, чтобы пророчить собственную смерть. Неудивительно, что она была такой застенчивой. Такая замкнутая. Она не знала, кому доверять.

Кроме предчувствия, были и другие записи. В пятом классе ей нравился мальчик по имени Чейз. Она любила «Теорию большого взрыва» и удивлялась, почему люди не могут упомянуть «Звёздные войны» и «Звёздный путь» в одном предложении, не приведя в ярость определённый процент населения. И она любила…

Сан присмотрелась. Она любила девушку по имени Аури как сестру за то, что та помогла ей почувствовать, что её замечают. В море невидимости Аури помогла Сибил почувствовать себя особенной.

Грудь Сан вздымалась.

Она вернулась к рассказу Сибил о сне.

— Ну же, Сибил. Расскажи мне что-нибудь новое. Что угодно.

Но девушка была права. Все было по-прежнему. Сон не менялся. Она так и не увидела парня. Так и не узнала, почему он забрал её. Она знала только, как умрёт. И когда.

Сан делала пометки о любых изменениях в рассказе девушки, какими бы тонкими они ни были. Но в основном это было расширение её словарного запаса. Она стала называть это похищением вместо похищения. И использовать слово «мужчина» вместо «человек». Вместо «белый» — «европеец».

Мужской голос донёсся до нее от двери её кабинета.

— Никто не говорил мне, что ты говоришь сама с собой.

Она подняла глаза на маршала США Винсента Делеона.

— Никто не говорил мне, что ты подслушиваешь, но вот мы и встретились.

Он усмехнулся и шагнул внутрь.

— Это тот самый дневник?

— Ты слышал о нем?

— А кто не слышал?

— Отлично, — сказала она, владея сарказмом, как будто была рождена для этого. — Завтра об этом, наверное, расскажут в новостях.

— Не обязательно. Твои помощники — профессионалы.

— Правда. Как прошёл ваш рабочий день?

Он жестом указал на одно из кресел напротив нее.

— Можно мне?

— Конечно.

Он сел и потянулся, прежде чем ответить:

— Две возможные встречи. Одна из них — от кошатницы, которая клялась, что он живёт у нее на чердаке.