Книга Человек, который не хотел любить, страница 76 – Федерико Моччиа

Как раз в этот момент Андреа закончил разворачивать бумагу. Он положил её на стол. В руке у него оказалась маленькая тёмно-синяя кожаная коробочка.

— Открой её…

Андреа последовал её совету и медленно открыл коробочку. Внутри лежало кольцо из белого золота: широкий твёрдый ободок, с выгравированном на нём солнцем и маленьким бриллиантом в центре.

София взяла кольца из его рук и надела ему на палец:

— Ты всегда был, остаёшься и будешь моим путеводным светом… Андреа, ты женишься на мне?

Андреа посмотрел на неё. София стояла у его ног, взволнованная, со слезами на глазах. Одно мгновение в голове Андреа вертелись тысячи слов, шуток и вопросов: «Почему ты хочешь выйти за меня замуж, София? Ты ведь знаешь, что я не могу ходить, верно? Ты делаешь это из жалости?» А потом: «Разве не мужчина должен просить руки женщины, устраивать сюрприз, подносить на коленях кольцо и всё такое?» И наконец: «София, я боюсь… что всё это значит?» Но он понял, что сейчас ему просто нужно оставить все эти рассуждения, оставить свои попытки острить и просто оценить то, что София открыла ему своё сердце.

— Да.

Они счастливо обнялись. София покрыла его поцелуями:

— Я боялась, что ты откажешь мне.

— Почему? Ты вроде не так уж и плоха.

— Ты же знаешь, что я чокнутая.

— Да… знаю. Но такова любовь: чем больше ты отдаёшь, тем счастливее становишься.

Они поженились два месяца спустя в маленькой церкви на озере Неми. Это была красивая свадьба, на которую они позвали всех самых близких друзей со времён школы. Пришли друзья Андреа по регби и все музыканты, ездившие по миру выступать вместе с Софией. Известный китайский дирижёр, шведская альтистка, американский трубач и немец – один из лучших ксилофонистов в мире. Они договорились сыграть в церкви, и церемония превратилась в своего рода импровизационный концерт, который могли себе позволить совсем немногие концертные залы. Родители Софии приехали из Испики, а мать Андреа – из Формелло.

Мать Софии, Грация, хотела приехать в Рим на неделю раньше. Она хотела быть уверенной в том, что делает её дочь, и поэтому впервые за много лет она первая попыталась наладить с ней диалог и пригласила её на обед, чтобы всё обсудить. Они встретились в «Pain Quotidien», прекрасном месте на виа Томачелли. Они были похожи на двух туристок-иностранок, не считая того, что её мать чётко и ясно говорила на сицилийском диалекте.

— Ты уверена в том, что ты делаешь, София? Господь простит тебе твои сомнения. Тебе не нужно через силу прямо сейчас выходить за него замуж. Потом передумать уже будет труднее.

София спокойно ела свою вкуснейшие белые спагетти аматричана.

— Мм… Мам, попробуй, как вкусно!

— Не уходи от вопроса!

— Да кто уходит от вопроса? Правда очень вкусно!

Мать ничего не говорила. И затем снова спросила:

— Ты знаешь, сколько раз я хотела уйти от твоего отца? Не повторяй моих ошибок.

— Прости, мам, – София вытерла рот и положила салфетку на стол, – но почему ты так и не ушла от него?

— Ради вас, тебя и твоего брата. А может, ещё и потому, что мне не хватило смелости.

— Ну, спасибо, конечно, что это было ради нас. Но я не думаю, что мы бы как-то сильно пострадали. У многих наших друзей родители разошлись.

— Да, и многие из них так и не устроились в жизни.