Книга Тысяча ночей без тебя, страница 150 – Федерико Моччиа

Вскоре София распечатала весь маршрут:

— Вот, путешествие готово.

— Замечательно.

— Разве тебе не хочется узнать, куда мы поедем, что я выбрала?

— Нет, я тебе доверяю.

— Я надеюсь, что это твое безграничное доверие никогда не кончится.

Танкреди рассмеялся:

— Посмотрим, как пройдет поездка, а потом я тебе скажу!

— Ну вот, теперь я забеспокоилась…

— Да брось, ладно тебе, я просто пошутил, уверен, все будет прекрасно. Итак, во сколько мы выезжаем?

— Через четыре часа.

— Нам же нужно собраться.

— Я же только что сказала тебе, что твой рюкзак уже готов. Все, что тебе нужно собрать, – это косметичку с зубной щеткой и бритвой, если ты планируешь бриться. Или предпочтешь выглядеть как дикарь?

— Мне нравится идея дикости. Но я лучше возьму бритву, потому что с бородой мне не удобно. Я буду дикарем, но без бороды.

— Великолепно.

— А как мы поедем в аэропорт? Мне вызвать машину?

— Об этом я тоже уже позаботилась, «Uber» приедет через час.

— Эй, да ты серьезно подготовилась.

— Да, очень серьезно.

— Тогда нам нужно подготовиться самим.

Они приняли душ, оделись, сложили последние вещи в рюкзаки и спустились вниз.

Носильщик с удивлением встретил их:

— Приятного путешествия.

Он всегда видел, как они выходили из своего дома, выглядя безупречно и профессионально, а сейчас они были одеты как спортсмен и спортсменка, готовые отправиться в путь. Они сели в машину, чтобы отправиться в аэропорт. Танкреди смотрел в окно, София взяла его за руку. Он обернулся и улыбнулся ей. Все это казалось ему сном. Они сидели в машине, ничего не говоря, наслаждаясь тишиной, которая говорила все за них. Эта тишина заполняла те дни, которые они провели по отдельности, она по-своему выражала их счастье, которое они испытывали. Они сжали руки друг друга еще крепче, словно это было пактом об их любви. Никто никогда не испытывал в своей жизни такого же волшебного мгновения. Они отвернулись, чтобы смотреть каждый в свое окно, но продолжили держать друг друга за руки. Чуть позже они уже сидели в самолете.

— Ох, а я-то волновался, что придется лететь несколько часов и что ноги затекут, но ты взяла билеты в первый класс.

— Да, но я выбрала самый дешевый вариант. Мы потратились, но в то же время сэкономили. – Потом она поправила себя: – Точнее, ты потратился, но я помогла тебе сэкономить.

— Мне понравилось это еще и в том смысле, что… да, короче говоря, не важно, мне все понравилось. Mi casa es tu casa, или лучше, как говорят китайцы: если один человек спасает жизнь другому, то тот человек принадлежит им. Ты спасла меня после того ранения, так что я принадлежу тебе.

— Это неправда. Ведь грабили меня, и кто знает, чем бы все это закончилось. Так что это ты спас меня, и я принадлежу тебе.

— Это меня тоже устраивает.

— Да вообще, мы ведь не китайцы.

— Мы этого не знаем, возможно, в предыдущей жизни…

— Возможно.

Они продолжили шутить, смеясь над глупыми вещами, которые приносили им счастье только потому, что они были влюблены, горели желанием принадлежать, быть частью другого, слиться с ним, потеряться где-то в последующие дни в красоте их путешествия.

Сперва они прибыли в Иорданию, чтобы насладиться Амманом, который еще называли белым городом за то, что он весь выстроен из светлого камня. Они потерялись на узких улочках Петры, города, высеченного в скале; они наблюдали за каналами, цистернами, а затем уехали в Джараш, находящийся всего в тридцати километрах. Это место поразило их своим великолепием, в основном благодаря тому, что когда-то здесь господствовал Древний Рим. Здесь находились храм Артемиды, арка Адриана, Овальная площадь, от которой начиналась Кардо Максимус, главная дорога, ведшая в другие города и служившая центром местной экономики.