Книга Тысяча ночей без тебя, страница 157 – Федерико Моччиа

Чуть позже она возвратилась из кухни с тарелкой, прикрытой слегка влажной тканью. Когда она сняла ее, то по комнате распространился запах сладости, шоколада, ванили и сливок.

— Он сделан из яиц из нашего курятника и собственной муки. Все продукты здоровые, мы очень хорошо кормим наших животных.

Она отрезала кусок кекса и передала его Софии.

— Спасибо, я буду только небольшой кусочек. Я немного набрала вес и сейчас сижу на диете.

Она передала его Танкреди.

— А я нет… – Он рассмеялся и с удовольствием отправил его себе в рот. – Как вкусно, примите мои комплименты, действительно очень хорошо.

София согласилась с ним:

— Да, очень нежно.

— Вивиана помогала мне собирать яйца и молоть муку.

София удивилась:

— Серьезно? Ничего себе… Кстати, а где она сейчас?

Чуть позже София отыскала ее среди рядов абрикосовых деревьев. Вивиана в легком платье поднималась по деревянной лестнице, прислоненной к дереву.

— Привет, ты меня помнишь? Я София.

— Да, помню.

Она осталась там поболтать со своей сестрой, помочь собрать ей абрикосы, держа корзину, пока они переходили от дерева к дереву. Вивиана задавалась вопросом, почему эта красивая, изысканная женщина, эта горожанка, тратит на это свое время. Она вспомнила сказку, которую в детстве читала ей мать Кончеттина «Мышь полевая и мышь городская». «Возможно, в городе и правда очень скучно… Она приехала сюда, чтобы поменять свою жизнь на мою?» Но у Вивианы не хватало смелости спросить ее о чем-либо. Но, в конце концов, эта женщина выглядит очень доброй.

София была счастлива. Ей казалось, что все постепенно становится на свои места. Ее мать поговорила с ее отцом Винченцо, рассказав ему о существовании Вивианы. Они долго ругались, он говорил, что ожидал от нее нечто подобное, а она – что он недостаточно ее любил. У каждого была своя точка зрения. Однажды и Вивиана узнает, поймет, но только всему свое время, торопиться некуда.

София протянула ей корзину поближе:

— Вот, сюда, клади сюда.

— Да, спасибо, вы правы. А иначе они помнутся.

Танкреди вместе с Кончеттиной и Антонио наблюдали за ними издалека.

— Они так красивы… А можно мне еще кусочек кекса?

— Вам правда понравилось?

— А иначе я бы не попросил добавки.

— Я думала, это вы из вежливости.

— Нет-нет, мне очень понравилось. Вы замечательные люди и делаете действительно очень вкусные вещи.

Чуть позже София сидела в машине рядом с Танкреди, положив свою руку на его.

— Спасибо.

Танкреди ей улыбнулся:

— Не за что. Я только рад.

София больше ничего не добавила, потом взяла телефон и позвонила Оле:

— Привет. Все хорошо?

— Да, я как раз собиралась тебе позвонить.

— Деньги пришли?

— Да, не волнуйся, все в порядке. Вчера я поговорила с мамой Елизаветы и успокоила ее. Она пришла ко мне и сказала, что больше не может так продолжать, что она хочет прервать учебу дочери и что даже то, что учителя согласились заниматься бесплатно, ей не нравится. Но когда я сказала ей, что ее дочь получила стипендию, она очень обрадовалась. Елизавета останется в Московской консерватории, я буду за ней следить. Мать и отец также переедут в Москву к дочери и будут работать тут в интернате для девочек из бедных семей. Елизавета очень счастлива, как и ее родители. Когда они увидели сумму стипендии, они просто не поверили своим глазам. Это очень много денег. Они смогут жить в Москве, и жить довольно неплохо, по крайней мере, лет десять.