Книга Беременна в расплату, страница 11 – Марго Лаванда

— За мной пошла. Еще раз крикнешь — получишь кляп. Тебе точно не понравится.

Страх, чувство унижения, беспомощности, все это бурлит внутри, предвещая близкий повтор истерики. Я держусь из последних сил, потому что страх кляпа на данный момент, пожалуй, сильнее всего. Ведь с ним я могу задохнуться. Ужасный исход. Хотя кто знает, может совсем скоро он покажется мне желанным.

Меня вталкивают в какую-то дверь. Лестница ведет вниз, в подвал! Здесь полумрак, очень промозгло, начинают стучать зубы.

— Сюда, — открывает дверь и вталкивает меня в помещение. Оглядываюсь по сторонам. Лязгает замок. Меня заперли!

Моя камера и правда очень большая. Пожалуй, как половина скромной двушки. Только никакой мебели, кроме двух табуретов. Ноги не держат, и я опускаюсь на один из них.

Несколько минут стою в полном оцепенении.

Надо найти способ выбраться!

Давид

— Зачем ты лезешь в мои дела, Ахмад? — рявкаю в телефон. Едва сдерживаюсь, чтобы не отшвырнуть его.

Понимаю, что должен держать себя в руках. Я слишком многим обязан Ахмаду. По сути этот человек вытащил меня из передряги, в которую засунул Никольский.

Отец Есении сделал все, чтобы подставить меня, и чтобы осудили максимально надолго. Но на этом останавливаться не собирался. В тюрьме на меня было покушение. Раскрыть заказчика тоже помог Ахмад.

Если бы не его люди, я бы не выжил.

До этих событий Ахмад был моим партнером в нескольких проектах за границей. Мы не так уж хорошо знали друг друга. Его устраивало то, как я приумножаю его капиталы. В деньгах он не нуждался, но ему нравилось играть, рисковать, ну и конечно, зарабатывать.

Я знал, что он очень влиятелен, но не догадывался насколько.

Этому человеку я обязан жизнью.

Вот только терпеть не могу, когда вмешиваются в мою жизнь.

С Есенией я планировал разобраться сам, без помощников. Да, она заинтересовала меня. Зацепила. Но мстить женщине, чтобы добраться до ее родственника — не мое.

Похоже, Ахмад считает иначе. Приказал похитить девушку, о чем сразу сообщил мне. Приходится сорваться посреди семейного ужина и нестись в особняк Ахмада, матерясь на чем свет стоит.

— Зачем ты это сделал? — врываюсь в кабинет друга.

Пожилой мужчина сидит в высоком кожаном кресле возле камина. Сдвигает брови. Критика ему явно не по душе, я же скрывать свои эмоции не в состоянии.

— Потише, Давид. Не надо повышать на меня голос.

— Я не воюю с женщинами. Ее нужно отпустить.

— Мне доложили, что ты назначил дочку Никольского платой за его проступки. Я с тобой согласен. Это хороший ход.

— Что? Я ничего такого не говорил.

— Мне нет. Но ей ты именно это озвучил. И это правильно. Нет платы страшнее. Теперь девушка твоя.

— Она не нужна мне.

— Не стоит так быстро менять свои решения, Давид. Тем более изначально ты выбрал правильное. Девушка станет твоей. Пусть не на всю жизнь, ты, разумеется, вправе взять с нее долг, а потом вернуть отцу. Когда пожелаешь. Пойми, Никольский очень хитер и изворотлив. От него можно ждать чего угодно. Но пока девушка будет в твоей власти, он не посмеет снова плести интриги.

— Я не хочу прикрываться женщиной!

— Это другое. Отнесись к ней как к развлечению. Сделай своей. Пусть выполняет твои желания. Она понравилась тебе, я же вижу. Вот только не позволяй себе жалеть ее. Вспомни, как тебя порезали в тюрьме, по приказы ее папаши. Он это делал для того чтобы его крошка в роскоши купалась. Он не только с тобой это проделал. Со многими другими.