Книга Бывшие. Тайная дочь олигарха, страница 28 – Марго Лаванда

— Вызывали?

— Ближе подойди. Я не кусаюсь. По крайней мере, пока.

Очень обнадеживает!

Тимур встает. Сам ко мне направляется. Глаза холодные, взгляд изучающий. Бросает короткий взгляд на мой бейдж, будто только что его заметил.

— Дарья Сергеевна, — произносит с нажимом. — Отлично, пусть и спустя почти неделю, но я жду объяснений.

— Не понимаю? Я должна написать объяснительную? По поводу? Моего больничного? Он был открыт официально! У меня есть справка…

— Это просто прекрасно.

Хорошо, что я прихватила с собой сумку. Достаю справку, кладу на стол.

Хотя, понимаю, что я готова к увольнению, несмотря на собственные разумные доводы о том, что мне надо остаться. Сохранить работу.

Все становится неважным, когда Алиев вот так смотрит…

Даже хочу, чтобы уволил прямо сейчас!

— Итак, ты заболела, поэтому не пришла в ресторан, — внимательно изучает справку Алиев. Подходит ко мне ближе, останавливаясь в двух шагах. — Заболела настолько, что не смогла ответить ни на одно мое сообщение. Ни на один звонок. — У меня была температура. Дочка тоже слегла. Телефон разрядился. — Сейчас как она себя чувствует?

— Поправилась, — выдавливаю, сглатывая ком в горле потому что в голосе Алиева неподдельная тревога!

Он смотрит мне прямо в глаза. Спокойно. Слишком спокойно. Молчит.

— Я не думала, что приглашение в ресторан была обязательным. Нам не о чем общаться кроме как работе, Тимур. Если честно, я решила, что ты уже давно уехал. Не понимаю, для чего тебе покупать эту гостиницу. Но это конечно не мое дело…

— Надеюсь, ты не думаешь, что это из-за тебя? — прищуривается.

— Конечно, и в мыслях такого не было! Я не придаю себе такую значимость.

— Я лишь выручил старого приятеля Роберта. Боровиков проигрался в пух и прах.

— Ты очень благородно поступил. В свою очередь, тоже хочу проявить сознательность. Готова прямо сейчас написать заявление об уходе, — выпаливаю, пока есть смелость. Ее все меньше. Под его взглядом чувствую себя незначительной букашкой.

— Что за бред? — хмурится.

— Ты думаешь, мы сможем сработаться? — спрашиваю с болью. — Мне кажется, это как издеваться над самими собой. Ни тебе, ни мне это не нужно… Когда ты уезжаешь?

— Тебе так не терпится, чтобы я уехал? — Тимур усмехается.

— Да, я думаю так будет лучше. Если это вопрос пары дней, максимум недели…

Я потерплю — последние два слова добавляю уже мысленно. Как-то не очень правильно так разговаривать с боссом.

— Да уж, Дарья. Ты умеешь брать быка за рога.

Научилась. Учителя хорошие были. Ты и твоя мать…

— А вот я думаю, что нам с тобой прежде всего надо поговорить откровенно. Алиса моя дочь? — спрашивает так жестко, внезапно, что отшатываюсь в полном шоке.

— Ты сошел с ума! — шиплю. Опускаю взгляд не в силах выдержать его пристальное изучение. Ладонь скользит по лакированной поверхности стола. Она холодная, как лед. Или это мои пальцы так онемели от стресса?

— Так вот, — продолжает Алиев, не обращая внимание на мое состояние. Обходит меня, опирается на край письменного стола.

— Я хотел бы откровенного ответа, — смотрит на меня, словно просвечивает рентгеном, желая увидеть, что я прячу.

— Зачем? — спрашиваю, не выдержав. — Какой откровенности ты хочешь? Мы столько не виделись! Лет десять!

— Семь. Девочке шесть. Ты меня за идиота держишь, Дарья?