Книга Ребенок от мужа сестры, страница 56 – Марго Лаванда

— У меня все в порядке, – говорю твердо. – Простите, что спала так долго.

— Ну что ты, котенок. Я ужасно рада, что ты здесь.

Почему? Что ей сказал Марат? Чему радуется эта милая женщина?

Сижу в удивительно мягком, изысканном кресле в старинном стиле, в роскошно обставленной гостиной. Это поистине королевская роскошь. У меня в руках чашка из тончайшего фарфора, наполненная ароматным чаем.

Ангелина Львовна, бабушка Марата, сидит напротив, с интересом продолжает разглядывать меня. Что ужасно смущает.

Ну что ж, по крайней мере относится дружелюбно, с заботой. Что очень трогает. После разъяренного Марата это как бальзам на душу. Не могу не задаваться вопросом, рассказал Марат бабуле о том кто я такая и почему здесь… Мне так страшно, что нет! Вдруг не успел? И как только расскажет, дружелюбие этой милой женщины сменится раздражением и отвращением.

Перед тем как прийти сюда, я разумеется смогла одеться. Похоже вещи мои так и остались в деревне. Я потеряла сознание и видимо Марат сразу увез меня… Когда Ангелина Львовна вышла из комнаты, сразу пришла девушка-служанка. По-русски она не говорила. Только по-английски. Принесла платье, очень приятное к телу, легкое, в нежно-лиловый принт, до щиколоток. Почти сразу в дверь снова постучали, та же девушка проводила меня вот в эту гостиную.

— Ты точно не голодна?

С одной стороны желудок сжимается, с другой – от волнения тошнит. Ну и стесняюсь, конечно. Отрицательно мотаю головой.

— В твоем положении нужно хорошо питаться.

Вздрагиваю, чудом не проливаю чай. Он все же рассказал! Как же стыдно. Чувствую себя преступницей.

— Не надо так переживать, милая. Я, например, ужасно рада, что увижу правнука. Или правнучку. О своей дочери, матери Марата, я конечно такого не скажу. Она вообще не в курсе что у них с Вероникой отношения становились все хуже и хуже.

— Это все ужасно. Не стоило привозить меня сюда… Мне так неловко.

— Понимаю. Конечно, тебе некомфортно. Ситуация из ряда вон. Но поверь, это лучшее место. Я сделаю все, чтобы тебя защитить. В моральном смысле, разумеется. Физически тебе ничего не угрожает. Не надо бояться. Уж как вышло.

— Марат рассказал… все?

— Да. Коротко, но емко, – грустно улыбается женщина. – Я не буду лгать, что не была шокирована. Конечно, о таком и подумать невероятно. В голову не придет. Знаешь, признаюсь тебе. Мне никогда Вероника не нравилась. Сразу чувствовала в ней корысть. Ничего не могла с собой поделать. Ты – другая.

— Почему вы так думаете? – у меня вырывается нервный смешок.

— Я длинную жизнь прожила. Чувствую людей.

— В этом доме… живут все родственники? – спрашиваю с тревогой.

Я ведь понятия не имею, какая у Марата семья. Возможно, куча родственников. Каждый из которых будет для меня огромным стрессом.

— Не волнуйся. Это только мое обиталище, – улыбается старушка. – Я замужем за английским лордом была. Он скончался несколько лет назад. Тут никогда никто не жил из моих детей. Все по миру разбрелись. Дочь, правда, мать Марата, рядышком. В Лондоне. Ей подавай светскую жизнь. Сюда она крайне редко заглядывает. Ей пока о тебе знать не надо.

— Я временный персонаж в вашей жизни, – произношу с горечью. – Марат сказал, что как только рожу, он выгонит меня…

— Представляю, как тебе было больно это слышать, – качает головой моя собеседница. Я безумно благодарна ей за доброту. За то что по крайней мере в лицо не пытается осуждать меня. Но и уверять что ничего странного в моем поступке нет, тоже не пытается. Говорит прямо и искренне. Это очень подкупает. Невольно проникаюсь симпатией.