Книга Измена. (Не)любимая жена олигарха, страница 47 – Марго Лаванда

— Я тебя слушаю, Ромина, – откидывается на спинку кресла.

— Извини что так вышло, я не знала, что вы с Каримом враги. Не хотела тебя задеть. Он предложил подвезти, я знала только, что он родственник Елены… Твоя мама все рассказала.

— Вот как? – хмурится. – И что скажешь?

— В каком плане?

— Тебе нравится Карим?

Дергаюсь как от пощечины. Ничего не отвечаю, разворачиваюсь, берусь за ручку двери, но Оболенский оказывается позади. Перехватывает запястье, не дав открыть дверь. Разворачивает меня к себе.

— Черт, – морщится. – Прости, Ромина. Я сам должен перед тобой извиниться. Понимаю, что ты не была в курсе. Просто… Больше не общайся с ним. Он это сделал мне назло. Матери не стоило вмешиваться в наши отношения. Я бы сам все объяснил.

— От-тпусти меня, – муж сейчас меня пугает. Он явно под градусом, глаза полыхают безумием.

— Ты моя жена, Ромина. Не знаю сколько еще выдержу… Ты нужна мне, понимаешь? Это сводит меня с ума.

Алекс наклоняет голову, его губы касаются моего рта, и меня буквально бьет током. Оболенский обхватывает мой подбородок двумя пальцами, фиксируя в одном положении, углубляя поцелуй. Ноги превращаются в вату, а руками невольно хватаюсь за широкие мужские плечи, чтобы не упасть. Невольно поддаюсь вперёд, отвечая на этот горячий поцелуй собственника. Язык мужа исследует мой рот, вытворяя невообразимые вещи. Я и забыла, каким страстным может быть Алекс.

Кажется, что поцелуй длится бесконечность, я тону в чувственной паутине, впитывая позабытые ощущения, и в то же время такие родные и знакомые. Оба теряем связь с реальностью. Внизу живота все трепещет и ноет. Алекс все теснее прижимает меня к себе, давая почувствовать контуры своего твердого, как камень, тела.

— Ромина, – выдыхает, наконец отрываясь от меня. – Ты сводишь меня с ума.

Отступаю, делаю шаг назад. Не могу посмотреть на него. Слишком много эмоций бурлит внутри.

Я предала себя? Забыла о гордости?

Хотела ли, чтобы он прекратил? Нет. Наверное, нет… Но что будет потом?

Сможем ли мы забыть, что случилось и счастливо жить дальше?

Одни вопросы без ответов.

— Я с ума сойду с этим воздержанием, – с мукой произносит Алекс, снова привлекая меня в объятия.

— Мне все ещё нельзя…

— Я знаю, – целомудренно касается губами моего лба. – Просто хочу, чтобы ты понимала, как мне непросто.

— Мне тоже, – прикусываю нижнюю губу, на глаза наворачиваются слезы.

— Да, малышка, я знаю. Прости меня, за всё. Сможешь?

— Наверное. Мне нужно время.

— У тебя есть столько времени, сколько пожелаешь, Ромина. Я весь твой. Навсегда.

Сказав это, Алекс уходит оставляй меня одну наедине с разрывающими мозг мыслями. Остаток дня провожу с Артуром, не отрываюсь от него. Алекс больше не разу не заходит к нам, и от этого мне становится грустно.

Следующим утром свекровь наконец покидает наш дом, к моему огромному облегчению. Без нее воцаряется, если можно так сказать, полная идиллия.

Мы все еще далеки друг от друга, но начинаем залечивать раны. Наша жизнь становится спокойной, размеренной. Наверное, именно о такой я мечтала. Рана все еще свежа, но затягивается. Нам с каждым днем все легче общаться. Алекс погружен в работу, но старается приезжать домой как можно раньше. Никогда не пропускает ужин. Мы разговариваем, в основном я рассказываю ему как прошел день. Про Артура. Мелочи, бытовые моменты, но для нас обоих все что касается сына – важно, интересно. Неизменно Алекс приезжает с работы либо с цветами, либо со сладостями. Все время старается порадовать меня.