Онлайн книга «Тьма в его глазах»
|
Потому что люблю…даже такого чужого до дикости люблю. И иногда ненавижу себя за это, потому что предательство имеет вкус его новых поцелуев, которые стирают те, из прошлого…стирают и заменяют на более острый яд…предательство того, другого Максима, которого начала забывать, принимая этого. * * * Взвыть от дикого удовольствия, когда сжала меня изнутри. Лихорадочно. Бешено. Кончает, содрогаясь подо мной, с криками, с дрожью, которая меня же и колотит. И это ее "люблюююю", от которого внутри всё ходуном заходило и оборвалось. Потому что это мой триггер. Потому что впервые сказала это мне! МНЕ! Я ведь даже имя своё рядом с ней возненавидел, потому что для неё оно ЕМУ принадлежало! А сейчас это признание…и стонами моё имя – самое охренительное сочетание на свете, потому что в её зрачках Я! Я, мать вашу! Не кто-то другой, не прошлое её, а я! И это вкусно! Это, бл**ь, слишком вкусно…Поцелуем выдрать последнее слово, чтобы тут же оторвать ее от себя за волосы. Несколько секунд всматриваться в запотевшее зеркало на дне ее глаз, смотреть на то, как блестит от пота ее тело и всё еще не сошли с кожи следы моих пальцев. Как всё еще бесстыже торчат истерзанные соски. Смотреть, теряя полностью контроль, отпуская поводок выпущенного на волю зверя. Вколачиваться в неё, нависая над ней и кусая подбородок, шею, грудь. Чувствуя, как прилипла к спине мокрая рубашка, как пот катится по вискам, по лбу на ее тело. Всё сильнее. Выдыхая через рот, ощущая, как покалывает пальцы от желания вонзиться в нее когтями…Ворваться клыками в шею и взреветь от животного удовольствия, подкатываемого к горлу. Оно несется по венам в кровь со скоростью звука. Оглушительный звук наших бьющихся друг о друга тел подводит к самой грани… Чувствуя, как начинает пульсировать член, готовясь к разрядке, удерживать ее за бёдра, ощущая, как их сводит судорогами, но продолжая вбиваться всё быстрее, пока, наконец, яйца не поджимаются от адского наслаждения. Оно взрывается прямо в крови. Дьявольским кайфом, простреливающим по позвоночнику, ударяет в голову наркотическим экстазом. Стискивать ее ладонями, снова склонившись над ней, глядя прямо в глаза, пока изливаюсь. До последней капли отдавая свое сумасшествие, а потом рухнуть рядом с ней на стол и прижать к себе, целуя в висок, поглаживая в волосы. — Кажется, я определился с любимым вкусом никотина. * * * В этот день я впервые заговорила с ним о наших детях. Осмелилась спустя почти два месяца после его возвращения ко мне. Обессиленная, все еще подрагивающая после этого дикого сумасшествия, ощущая слабость во всем теле и спрятав лицо на его мокрой от пота груди, вдыхая наш общий запах, я тихо сказала: — Дети…они соскучились по тебе, Максим. Они слишком долго ждут, и они уже в отчаянии. Может быть, ты…может быть, ты мог бы…, – приподняла голову и посмотрела на его лицо с закрытыми глазами с каплями пота на лбу и над верхней губой, – может быть, ты смог бы ради меня увидеться с ними. Пожалуйста. И замерла…именно в эту секунду вспоминая, что он другой. Как хлыстом по нервам и едкой болью под ребрами с такой силой, что сердце перестало биться. * * * Нет…Только не это. Только не гребаное возвращение в прошлое, когда она вдруг начинает отдаляться, вспоминая того своего мужа…Сжимаю ладонью ей спину, а хочется впиться в мягкое тело, чтобы навсегда разучилась вспоминать о нём. |