Книга Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии, страница 139 – Анна Джейн

Меня подбросило в воздухе и кинуло на земляной пол. Я бы кричала, если бы могла, но лишь беззвучно открывала рот. Эта была невыносима. Она разрывала меня на части, убивала, но не давала умереть, будто хотела, чтобы я сполна прочувствовала ее.

Это длилось то ли целую вечность, то ли одно мгновение, но когда я готова была умереть, тьма в женском обличие опустилась на колени, обняла меня и прижала к себе.

— Вот так, — с удовлетворением прошептала тьма, гладя меня по волосам. — Ты сделала это, малышка. Теперь все будет так, как и должно было быть. Так, как и хотел того твой великий отец.

Она растворилась во мне, и тогда невыносимая боль утихла.

Я стала ею. Она — мною. Мы превратились в единое целое. Я и тьма.

Сила, которая поднималась во мне, затихла на мгновение, давая мне передышку, а после заполнила меня, пронзила своей мощью и опалила яростью. Во мне медленно просыпалось что-то древнее и могущественное. Невероятное. И… родное.

Пульс в висках затих, но тишину прервало грозный рык зверя внутри.

Я медленно встала с пола, не чувствуя своего тела. Страха больше не было. И боли не было. Ничего не было, кроме ощущения безграничной власти и невероятной силы. Огонь и тьма сплелись во мне воедино — их больше ничего не сдерживало. Я стала самой собой. И я должна была спасти того, кто был мне нужен.

«Он мой», — билась в голове странная мысль. Чужая и моя одновременно. Он мой и не может погибнуть.

«Он твой, — согласилась тьма внутри. — Забери его у них».

Я посмотрела в окно ставшим острым взглядом — видела я иначе, слышала иначе и даже запахи воспринимала по-другому. Даррел до сих пор лежал на земле — под ним все так же расплывалась темно-алая кровь, оскверняя белый снег. Колдун с посохом победно стоял над ним и смеялся. Волколаки окружили их со всех сторон, которые наброситься на принца по одному лишь слову колдуна.

Глухо застонав, Даррел пришел в себя и приложил к ране на животе руку — сквозь пальцы сочилась кровь. Колдун тотчас ударил его по ране носком сапога и захохотал еще громче, когда принц сцепил зубы, чтобы не закричать от боли. Его лицо было белым, почти как снег, на котором он лежал, а губы посинели, только вот взгляд оставался все тем же — гордым и волевым. Даррел не собирался сдаваться.

От увиденного ярость пронзила меня насквозь. Как смеют? Кто они такие? За все поплатятся. За все.

— Это только начало, мой друг, — склонился к Даррелу колдун. — Отдай свой драконью силу сейчас или твою плоть будут отгрызать по кускам. Может, и тебя угостят.

Он снова захохотал над своей шуткой.

— Пошел ты! — прокричал Даррел окровавленными губами. — Тебе конец. И даже проклятый бог не спасет тебя!

— Заткни свой грязный рот, имперское отродье! — выплюнул колдун. — Через несколько часов боли ты начнешь умолять меня принести тебя в жертву моему богу, только бы прекратить мучения!

И он несколько раз ударил Даррела по ребрам. Волколаки завыли. Почувствовали кровь.

Я сделала шаг назад. Еще шаг. И еще. К самой двери. Взмахнула руки — и часть стены превратилась в руины и пепел. Я не собиралась выходить через дверь или вылезать через окно. И шла прямо, напролом, желая лишь одного.

— Это еще что?! Кто ты такая?! — закричал колдун, видя меня, стоящую на деревянных обломках в испорченном золотом платье, которое тускло сияло под лунным светом. Босую и с растрепанными волосами, ставшими вдруг белыми. С пламенеющими на руках узорами. И с горящими глазами.