Книга Любимый плут, страница 86 – Кэролайн Линден

Долуэй вскинул брови:

— Вы совершенно правы, миссис Сент-Джеймс. Они, конечно, страшно упрямы.

И, словно салютуя ей, он поднял бокал.

Остальные присоединились к нему, и до Бианки донеслись слова леди Долуэй:

— О, Максимилиан, она мне очень нравится.

Когда ужин подошел к концу, Бианка повела дам в гостиную, и, едва за ними закрылась дверь и затих гул мужских голосов, леди Долуэй, расположившись на софе и элегантно раскинувшись на подушках, заметила:

— Вы такое сокровище, миссис Сент-Джеймс!

В ответ Бианка вежливо улыбнулась:

— Не совсем понимаю, о чем вы.

— Да бросьте, все вы понимаете! — возразила с улыбкой миссис Фаркухар. — Никогда не видела Макса таким довольным!

— И таким привлекательным, — добавила леди Карсуэл, как показалось Бианке, игриво. — Прямо-таки эталон джентльмена.

Леди Долуэй рассмеялась звонко, как колокольчик. Как и все в ней, смех был искренним и светлым. Она протянула руки, словно для объятий, и воскликнула:

— И за такое поистине волшебное перевоплощение мы должны благодарить вас! Никогда не видела, чтобы он был так безупречно одет, а манеры и вовсе выше всяческих похвал.

— Неужели? — пробормотала миссис Фаркухар, но леди Долуэй проигнорировала ее и продолжила:

— А уж каким он стал деловым! Клянусь, я не поверила ни единому слову из его письма про посуду, но должна признать, что она действительно производит впечатление. Как вам показалось, Луиза?

— Даже не стану возражать, — поддержала ее леди Карсуэл.

— Благодарю вас, — сказала Бианка. — Рада, что вам понравилось.

— О да, очень! — с восторгом воскликнула леди Долуэй и, мечтательно глядя поверх головы миссис Фаркухар, добавила: — Я всегда говорила, что Максу нужно удачно жениться.

Бианка в недоумении захлопала ресницами и с трудом произнесла:

— Почему?

— Серафина — натура романтическая! — рассмеялась миссис Фаркухар.

Леди Долуэй состроила гримасу.

— Ничего подобного, Клара! Кому-то женитьба идет на пользу, а кому-то — во вред, особенно если их жены нравятся еще кому-то. Но Максимилиан относится к первым. — Она повернулась к Бианке с нежной, безыскусной улыбкой. — Я аплодирую вам, дорогая, за то, что вы сумели привести его к алтарю. Он прочно стоит на ногах, уверен в себе — это видно невооруженным взглядом.

Бианка смогла улыбнуться и даже пробормотать что-то вежливое. Ей казалось, что она поняла, какой смысл вкладывала в свои слова леди Долуэй.

— Могу я спросить, почему вы называете его Максимилианом? — сорвалось у нее с языка.

Леди Долуэй захлопала своими огромными голубыми глазами, миссис Фаркухар прищелкнула языком:

— Вы разве не знаете?

Бианка покачала головой:

— Он мало что рассказывал о своей жизни в Лондоне.

Впрочем, она и не спрашивала.

— Ну… — начала миссис Фаркухар, но леди Долуэй закашлялась, словно хотела прочистить горло, и, усмехнувшись, затихла.

— Его деда звали Максимилиан, — пояснила леди Долуэй. — Я так понимаю, что они с Максом были довольно близки.

Бианка обратила внимание, что она иначе произнесла имя, и ей вдруг вспомнилось, что он рассказывал ей в день свадьбы.

— Отец его матушки.

— Тот самый, — подтвердила миссис Фаркухар. — Когда его мать…

И опять леди Долуэй издала какой-то звук, отчего миссис Фаркухар запнулась и замолчала.

— Если бы мне дали то же имя, каким его назвали при крещении, я бы предпочла, чтобы меня звали Максом, — встряла леди Карсуэл и получила полную поддержку своим словам от обеих дам.