Книга Песня смерти, страница 28 – Денис Громов

Как следует наевшись, мы отправились в лес. Меня неустанно начало клонить в сон, но я решил как можно быстрее разъяснить ситуацию с девочкой. Не в гостиницу же местную ее с собой тащить.

Долг платежом красен

Кое-как добрели до леса. Девочка, похоже, вообще к долгим переходам не была готова, а я готов был просто повалиться в ближайшие кусты и завалиться спать. Держался я исключительно на силе воли.

До заветной опушки было метров двести, когда, откуда ни возьмись, навстречу нам, из-за ближайшего поворота выскочила толпа всадников. Человек восемь. По виду люди военные, лиховатые.

— Кто такие, чего здесь делаете? — гаркнул ражий детина, остановив разгоряченного скакуна прямо перед нами.

— Беляев, дворянин. — На автомате сказал я. — Гуляю…ем.

— Беляев, говоришь? Это хорошо. Покажи, что у тебя в сумке? — нагло потребовал он.

— На каком основании? — устало спросил я.

— Я тебя сейчас прихлопну тут и в ближайшем овражке прикопаю. Достаточное основание?

— Я смотрю вам докопаться не до кого? Езжайте дальше. Разойдемся миром.

— Каков наглец! — крикнул всадник и полоснул меня по лицу нагайкой.

— Ах ты, сука! — заорал я и схватился за обагренное кровью лицо. — Да я тебя сейчас…

Договорить я не успел. Из ближайших кустов, как чертик из табакерки, вынырнул Филька и тут же стал обращаться в волколака. Жуткий вой заставил лошадей встать на дыбы и часть всадников послетала со своих седел. А дальше началось кровавое месиво.

Как стало известно потом, магов среди отряда не было, иначебы нам несдобровать.

А в данный момент мой личный оборотень с какого-то перепуга крошил всадников направо и налево. На мою долю остался только их предводитель, только что хлестанувший меня по лицу.

Улучив момент, пока он замешкался, я, в лучших традициях приемов вин чун, как раз и предназначенных для сбивания всадников, ударом ноги ссадил урода на землю.

Надо отдать ему должное, он не грохнулся мешком с картошкой, а грамотно перекатившись, оказался на ногах. В его руках тут же блеснула сабля. А вот теперь дело плохо. У меня в руках даже палки корявой нет.

Понимая, что я для него не противник, он попер на меня, размашисто орудуя своим клинком. Он думал, что будучи безоружным, я буду стараться увеличить дистанцию, с которой он меня может достать. Но я поступил наоборот. Моя единственная стихия, это максимально ближний бой. Там, при определенных условиях, я могу навязать противнику свои условия.

Дождавшись очередного замаха, я поднырнул под руку и снизу вверх наподдал ему снизу вверх локтем. Удар вышел практически идеальным — подбородок врага гулко клацнул сомкнувшимися от столкновения костяшками и мой противник повалился навзничь. Ну вот и все.

Я оглядел остальной участок боя. Нет, не боя. Побоища. Куски тел, дымящееся мясо и запах фекалий тут же ударили по ноздрям. Меня, с непривычки, чуть не вырвало. Едва удержался.

Блин, если я под впечатлением, то каково же сейчас Гыне? А она вообще здесь еще?

Оборачиваюсь и вижу картину, от которой меня настигает шок, который похлеще увиденного побоища — девочка стоит рядом с волколаком, полностью заляпанным кровью и какими-то внутренностями и нежно его поглаживает по счастливой морде, совсем не обращая внимания на его вид.

— Хорошая собачка. — Нежно приговаривает Гыня, а у самой уже руки кровью измазаны. Сюр какой-то.