Книга Да, мой король, страница 116 – Елена Михалёва

Тут он заметил, как внимательно все за столом наблюдают за ним. Даже притихшие девочки.

— На бирже будут платить минимальное пособие для тех, кто там состоит, – твёрже произнёс монарх. – Если человеку действительно нужна работа, он найдёт себе что-то, а если только пособие, его быстро уберут из списков.

Затем «Вильгельм» взял свой кубок и сделал неторопливый глоток. И только потом добавил ровным, но не терпящим возражений тоном:

— А если ты, кузен, чем-то недоволен при моём дворе, смело можешь ехать к себе в Тиву и заняться делами там.

— Вильгельм? – Фердинанд медленно моргнул.

— Ваше Величество, – подала голос Джования, которая глядела на герцога Хальбурга, как сидящая на дереве кошка смотрит на лающую внизу собаку.

Но «король» протянул руку и накрыл её ладонь своей.

— Фердинанд, мы одна семья, – напомнил он мягче. – Я тебя не выгоняю и не угрожаю. Но только до тех пор, пока ты не выходишь за рамки. Вот как сейчас. Когда ты ворвался посреди ужина, напугал моих детей, смутил дам и повёл себя крайне неуважительно по отношению к своему королю. Держи себя в руках, кузен.

Ричарду хотелось взять его за шиворот и пинками выставить из зала, но вместо этого он лишь величественно задрал подбородок.

— Да,мой король, – сдержаннее ответил герцог Хальбург, опуская голову. – Прошу простить меня. Полагаю, это перемена погоды на меня так повлияла.

— Вероятно, так и есть, – Альберт вежливо улыбнулся, чтобы разрядить обстановку. – Но вы не один такой, Ваша Светлость. Графа Пфаллена подвели суставы, например. Он лежит с обеда.

— В таком случае мне надо отдохнуть, – Фердинанд поклонился. – Прошу ещё раз меня простить. Приятного аппетита.

Затем он крайне официально распрощался со всеми и удалился столь же стремительно, как и пришёл.

Когда дверь за ним закрылась, тишину нарушила Маргарита.

— Что это было? – осведомилась принцесса, глядя вслед кузену.

— Нежелание терять власть, – коротко ответила ей Джо, а потом обратилась к девочкам: – Доедайте и идите отдыхать. Час уже поздний, – королева повернулась к нянькам. – И пусть примут ванну. Обе испачкались вишней.

За окном прогремел первый раскат грома. Так отчётливо, будто это случилось над самым дворцом.

Марго вздрогнула. Её глаза широко распахнулись в страхе. Будто в этом раскате она увидела некий знак свыше. Недобрый знак. Поэтому Маргарита торопливо осенила себя благим знамением.

Заметив этот излишне набожный жест, Джования коротко усмехнулась. Это заставило Марго в смущении потупить взор, а Ричарда украдкой вздохнуть.

Шенборн не в первый раз замечал возникшую меж дамами холодность. Маргарита всё больше избегала Джованию. Она проводила время либо в компании своих учителей и фрейлин, либо играла с младшими принцессами и другими детьми при дворе. Королева же почти не замечала свою любимую «сестру». Исключение составляли те случаи, когда рядом оказывался кто-то посторонний. Тогда дамы вели себя как ни в чём не бывало: улыбались друг другу, вели беседы и всеми силами выглядели семьёй. Ричарда озадачивало такое поведение, но с расследованием и реформами у него попросту не было времени разбираться ещё и в женских конфликтах.

Вот и теперь. Стоило маленьким принцессам закончить трапезу, как Маргарита вызвалась проводить их и помочь с вечерними ритуалами перед сном. Джования коротко дала своё позволение, и девушка удалилась вместе с девочками и няньками, оставив троицу за столом.